Китай в эпоху Си Цзиньпина полностью

На заводе Дэн начинает дружить с простыми работягами и даже проникается взаимной симпатией с приставленным к нему сотрудником госбезопасности. Бедняки вокруг оказываются хорошими добрыми людьми. «Центр», которому Дэн каждый день пишет безответные письма, — неприступен, но дополнительных козней не строит, а со временем даже что-то разрешает: приехать детям, получать зарплату, разбить огород, нанять домработницу.

Даже хунвэйбины, врывающиеся на завод, чтобы устроить кампанию по критике «идущего по капиталистическому пути Сяопина», оказываются не такими уж и страшными. Почтенный Дэн их спрашивает: «А вам чего нужно?» Они отвечают: «Да так, посмотреть на вас захотелось. Четыре года вас критикуем, а так и не видели». И Дэн им показывает деталь, которую он выпиливает на станке, а все вокруг умиляются. В такой гуманистической трактовке даже эпизод с падением Дэн Пуфана, после которого тот остался парализованным, отретуширован. Считается, что Пуфана скинули с третьего этажа хунвэйбины, а в фильме юноша сам неудачно спрыгивает.

В общем, всюду жизнь. «Терпение — добродетель» (это выражение повторяется в фильме трижды), партия мудра и справедлива, пожить три года в деревне среди простого народа, оказывается, не так уж и плохо. Вот Почтенный Дэн пожил — так потом стал лучше понимать простой народ. Все не зря. Таков Путь.

Так что, можно сказать, кино не только (и не столько) о Дэн Сяопине, сколько о некоем абстрактном будущем руководителе, который волею судеб оказался среди обычных работяг. И в этом руководителе, конечно, угадывается сам Си Цзиньпин, любящий подчеркивать близость к простому народу и крестьянскую страницу своей биографии.

Этот сигнал легко считывается как образованной аудиторией, так и кинодеятелями. Не имея возможности свободно высказываться на материале современности, они реализуются на историческом поле, активно пользуясь метафорами, аналогиями и отсылками к кинематографическим и литературным цитатам.

Еще одна «примета времени» — бум патриотического кино. Во-первых, традицией, начавшейся еще до Си Цзиньпина, стал выпуск монументальных киноэпопей, посвященных тому или иному юбилею, с участием всех китайских звезд. Подобные картины были выпущены в честь 90-летия Народно-освободительной армии Китая («Основание армии» , 2017 год), 70-летия КНР («Я и моя родина» [193], 2019 год), 100-летия КПК («Революционеры» , 2021 год), 130-летия со дня рождения Мао Цзэдуна («Рыба-гунь и птица-пэн бьют в волны» , 2023 год)[194].

Во-вторых, судя по успеху дилогий «Битва при Чосинском водохранилище» (2021–2022 годы) и «Боевой волк» (2015–2017 годы), резко вырос общественный запрос на военно-патриотическую тематику. На образ «хорошего парня с кулаками».

«Прорывным» выглядел триумф боевика «Боевой волк — 2». В нем отставной китайский спецназовец (его сыграл один из самых популярных актеров десятилетия У Цзин ), уехавший в Африку лечить свои душевные раны, спасает китайских граждан и заодно местное государство от повстанцев и помогающих им европейских наемников. Место действия не называется, но, учитывая, что в фильме фигурируют сомалийские пираты, наиболее очевидным прототипом является Джибути — маленькая страна на морском пути из Индийского океана к Суэцкому каналу, в которой, кстати, расположена единственная зарубежная база НОАК.

Примечательно, что китайцы, в отличие от африканских повстанцев и европейских наемников, показаны как единственная сила, способная восстановить порядок и гармонию в этом богом забытом уголке. И хотя фильм вряд ли будет показываться в самом Джибути, гораздо важнее месседж, который адресован китайским зрителям: «Китай — великая страна и не смотрит на иностранцев, как раньше, снизу вверх»[195]. Как уже отмечалось, фильм оказался очень популярен — сборы боевика составили более 800 млн долларов, что сделало его на тот момент самым кассовым китайским фильмом в истории.

Успешнее оказался только фильм 2021 года — «Битва при Чосинском водохранилище» (более 900 млн долларов сборов). В каком-то смысле этот успех был предопределен подбором команды создателей. Режиссером киноленты стал прославленный Чэнь Кайгэ , в конце 1980-х вместе с Чжан Имоу обеспечивший прорыв китайского кино на международные кинофестивали. Его соавтором стал гонконгский киноклассик Цуй Харк , переоткрывший для мирового кино жанр уся  — «фильмов про кунг-фу». В главных ролях снялись все тот же У Цзин, в тандеме с ним сыграл Джексон И (он же И Янцяньси ) — поп-айдол со ста миллионами подписчиков в «Вэйбо».