В истории такая национальная политика империи Цин регулярно встречала мощное сопротивление китайского Юга и в конечном счете положила конец ее существованию в результате беспрецедентного в истории человечества Тайпинского восстания, перетекшего в формирование китайских субэтнических военизированных территорий (режимы милитаристов), формирование в Южном Китае и среднем течении Янцзы (Гуандун, Гуанси, Хунань, Хубэй, Цзянси) альтернативного режима республиканского правления, в основе которого лежала идеология возрождения национальности хань и свержение маньчжурского оккупационного по форме и по сути режима. Зачинщиками этого движения за независимость хань стали южнокитайские субэтносы хакка, собственно кантонцы, а военной силой — уже упомянутые много раз и не включенные в современную политическую систему Китая чжуаны. Явный поворот в национальной политике обозначился уже в начале 2000-х гг. и не связан с непосредственным приходом группы Си Цзиньпина к власти, которая, однако, получила поддержку национальных меньшинств Северо-Западного Китая.
Анализ состава ВСНП, а также исполнительных органов власти свидетельствует о высокой вероятности повторения сценария Тайпинского восстания, однако с учетом новой геополитической реальности и ошибок прошлого — высокой вероятности успешной реализации проекта создания южнокитайского христианского государства под протекторатом коалиции проамериканских сил. Парадоксально, но реализация такого сценария только укрепит действующую сегодня в КНР систему власти, усилит роль северных соседей Китая, а также трансъевразийского торгового коридора в Европу в судьбе Восточной державы, которая при этом утратит возможности к доминированию в глобальном пространстве как минимум до конца XXI в.
Этому сценарию в китайской геополитике противопоставлен сценарий глобального доминирования Китая, реализация которого зависит от внутриполитической ситуации в США, позиции Российской Федерации, а также оптимальной стратегии группы Си Цзиньпина в перестройке китайской внутриполитической архитектуры.
Сегодня политика США направлена на катализацию процессов по исключению южнокитайских элементов из общекитайской повестки — стимулирование Гонконгского сепаратизма, уничтожение союзного Си Цзиньпину южнокитайского клана Е, стимулирование создания Тайваньского государства с показательным приходом к власти местных южнокитайских элит хакка и миньнаньских (фуцзяньских) элементов. Распределение групп и особенности Постоянного Комитета ВСНП в 2018–2023 гг.
При значительном армейском представительстве в основном составе ВСНП, однако, в Постоянном комитете ВСНП (или органе, который и осуществляет все текущие изменения, от принятия поправок в законы до назначения министров, послов) количество руководителей от НОАК сопоставимо велико и в ПК ВСНП, где присутствует десять выходцев из армейской среды, однако в пропорциональном соотношении их представительство в ПК ВСНП меньше, чем в основном составе ВСНП — всего 5,71 против 9% в основном составе. Примечательно также, что восемь представителей НОАК являются выходцами из восьми же провинций: Сычуань (представлена Ван Чаньхэ, ???), Шаньдун (Ван Хуняо, ???), Чжэцзян (Ван Цяочэн, ???), Хунань (Лю Юань, ??), Хэбэй (Сунь Цзяньго, ???), Гуйчжоу (Ян Чэнси, ???), Аньхой (Сун Кунь, ??), Хэнань (Пэн Бо, ??); и только одна провинция, формирующая костяк кадров для «шанхайской группы», Цзянсу, представлена двумя военными: Цзянсу Лю Цзисинь (???) и Инь Фанлун (???).
Среди региональных групп самым большим представительством в ПК ВСНП обладает «шаньдунская группа»: на долю выходцев из нее приходится 20 человек, или 11,42% ПК ВСНП.
Важно отметить объемное представительство выходцев из науки и академической среды: на долю академиков и ректоров вузов приходится 32 представителя ПК ВСНП, или около 18% состава Постоянного комитета.
Остальные представители провинций и социальных страт распределены следующим образом. Максимально представлена база «шанхайской группы» — выходцами из провинции Цзянсу — 11 представителей, провинция лидера парламента Ли Чжаньшу Хэбэй — 10; провинция Чжэцзян — 10, а также Хэнань, Хубэй, Хунань и Шаньси — 8,8 и 7 и 7 представителей соответственно, родная провинция Си Цзиньпина Шэньси является родиной для 8 представителей ПК ВСНП.
Непропорционально слабо представлены Сычуань — пять выходцев из почти 90-миллионной провинции, южнокитайская провинция Гуандун — всего один выходец из провинции в ПК ВСНП при почти 200 представителях в основном составе Всекитайского собрания и почти 110 млн. населения провинции.
Провинция Цзянси, пограничная с Гуандуном и Фуцзянь, также представлена всего одним выходцем, что является фактором риска — напомним, что именно в провинции и ее южных районах началось формирование первых советских республик, именно отсюда появилась 1 августа 1927 г. Народно-освободительная армия Китая.
