Если что-то и может быть более впечатляющим, чем присутствие шаньдунцев в регионах (представлены в 13 из 31 региона КНР, не включая Тайвань, Гонконг и Макао, или 41% при 7% населения Шаньдуна от Китайского), то это присутствие этнических шаньдунцев в центральных органах власти КНР. Однако это масштабное присутствие имеет крайне важную характеристику – Шаньдунскую группу практически не пустили в Политбюро, что отражает уже высказанный тезис об общем сопротивлении амбициозным потомкам коварных правителей царства Ци.

По итогам 19-го съезда ситуация сильно меняется. Среди членов ПК Политбюро из уроженцев Шаньдуна по-прежнему только один политик — это «интеллектуал в Компартии» Ван Хунин (???). Он родился в Шаньдуне, но корнями из Шанхая, и большинство наблюдателей относит его к «шанхайской группе» — выдвиженец лидеров «шанхайской группы» вряд ли без лишней надобности выступит за Шаньдун.

Из 25 членов основного состава Политбюро только один шаньдунец — заместитель председателя Центрального военного совета (высший орган управления НОАК) Сюй Цилян (???), при этом бросается в глаза, что, в отличие от состава Политбюро 18-го съезда, ни один из 24 оставшихся членов Политбюро вообще никаким образом не связан с Шаньдуном, ни года не провел ни на одном посту в этой провинции, что является достаточно вопиющим фактом.

С одной стороны, это может быть сигналом для «шаньдунской группы» о скоординированном давлении со стороны других групп, почувствовавших далеко не эфемерную угрозу со стороны возрождающегося гегемона. С другой стороны, если мы обратим внимание на бесконечное присутствие шаньдунцев среди членов ЦК 19-го съезда (из 204 членов Центрального комитета 32 — уроженцы Шаньдуна, 15,6%) и на одинокое положение Ван Цишаня на политическом Олимпе, то группа начинает напоминать настоящую иерархическую структуру с единственным руководителем. При этом группа полностью по сути противопоставлена высшему аппарату власти Компартии Китая. Это означает, что это наиболее агрессивно настроеная к переменам группа во власти Китая. Этот сцеанрий наиболее вероятен, если только не произойдет другой более вероятный сценарий – уже в 2022-2027 годах и далее Шаньдун сколотит самую мощную в Политбюро группу и выдвинет своего преемника Си Цзиньпина.

Среди членов ЦК, помимо уже упомянутых поименно регионалов, также две большие группы — армейские и гражданские руководители органов исполнительной власти:

Армейская шаньдунская группа в ЦК:

Вэй Фэнхэ (???) — министр обороны КНР.

Юй Чжунфу (???) — политкомиссар Военно-воздушных сил НОАК.

Ван Нин (??; ???; Ван Лунин[4]) — командующий Вооруженной народной полицией НОАК.

Лю Лэй (??) — политкомиссар сухопутных сил НОАК.

Лю Ваньлун (???) — командующий военным округом Синьцзяна.

Лю Юэцзюнь (???) — командующий Восточным боевым округом (бывший Нанкинский военный округ), выходец из Ланьчжоуского военного округа.

Ли Чуаньгуан (???) — начальник штаба Ракетных войск НОАК, заместитель командующего Ракетных войск НОАК.

Ли Сюэцзюнь (???) — глава Академии военных наук НОАК.

Фань Сяоцзюнь (???) — политкомиссар Северного боевого округа[5].

Шан Хун (??), уроженец Циндао — заместитель Командующего войск стратегической поддержки НОАК, командующий Департамента космических систем.

Интересно, что многие из армейской группировки нынешнего ЦК — выходцы из одного и того же шаньдунского района Жучэн, находящегося на оконечности полуострова Шаньдун и относящегося к району Вэйхай.

Реконфигурация «Боевых округов» — а именно так в соответствии с предвоенным временем были переименованы привычные «военные округа» — показывает и геополитические интересы шаньдунской группы: Северный боевой округ «развернут» вовне — сразу на три направления: Монголия – Дальний Восток, Северная Корея, Южная Корея и Япония. Можно также отметить, что «геополитика» Северного боевого округа также определяется группой Шаньдунцев. А это значит, что у Шаньдунцев будет одна из ключевых ролей в выработке отношений КНР с Россией с 2022 года.

Армейская группа Шаньдунцев в ЦК наиболее представительная после регионалов, и даже краткий обзор членов ЦК с шаньдунскими корнями дает весьма внушительную картину присутствия, а точнее, контроля за Народно-освободительной армией Китая.

Исполнительная власть:

Сунь Шаочэн (???) — глава созданного в 2019 г. Министерства по делам военных пенсионеров (???????).

Хуай Цзиньпэн (???) — глава Ассоциации науки и технологий Китая (????????), бывший замминистра промышленности и информатизации.

Сюй Лэцзян (???) — бывший замминистра промышленности и информатизации, глава Торгово-промышленной палаты Китая.

Цай Минчжао (???) — бывший директор информационного агентства Синьхуа, 11 ноября 2020 года назначен на пост заместителя Комитета по образованию, науке, здравоохранения и спорта НПКСК.

Интересно, что многие этнические шаньдунцы сочетают и карьеру «шанхайцев», и достаточно лояльны к Комсомолу. Элементы шаньдунской пирамиды состоят из камней разного цвета — но материал и форма пирамиды от этого не меняются.

Перейти на страницу:

Похожие книги