Гао Вэй несладко работалось в массажном салоне. Не то чтобы она не думала уйти. Думала, но не могла это «проглотить». Выпускница школы, и не заткнёт за пояс какую-то недоучку — для интеллигентной девушки это потеря лица. Гао Вэй заставляла себя продолжать. Она твёрдо верила в пословицу «тридцать лет на левом берегу, тридцать лет на правом берегу»,[45] короче, всё течёт — всё изменяется. Во всём нужно выждать время и посмотреть, что будет. Подождёшь, и жизнь станет краше. Нельзя торопиться.
Когда директор Ша влюбился в Ду Хун? Раньше не было никаких признаков. Ду Хун — красавица, Гао Вэй это знала. Но директор Ша ничего не видит, что ему с той красоты? Гао Вэй какое-то время размышляла над этим вопросом, но так и не пришла ни к каким выводам. Ну, нет так нет! В любом случае Гао Вэй поняла, что для слепых внешность тоже важна. Это очень хорошо. Что ж, директор Ша, в следующий раз на собрании думайте, что говорите! Гао Вэй верила, что директор Ша — умный мужик, а если умный мужчина хочет добиться какой-то женщины, то не может не считаться с её лучшей подругой. Ваша «внешность» на моём языке.
Гао Вэй всячески обхаживала Ду Хун, бескорыстно, ничего не требуя взамен. Ей двигало одно желание — чтобы все поняли, что они с Ду Хун подруги. В один прекрасный день у директора Ша и Ду Хун завяжутся отношения, тогда она, возможно, станет доверенным лицом директора Ша. А вы проводите, проводите свои собрания! Собрания иногда проводить полезно, а иногда наоборот. Вот так вот!
За бескорыстную заботу Гао Вэй Ду Хун платила ей той же монетой. Она специально всячески выпячивала их с Гао Вэй дружбу. Ду Хун делала это намеренно, главным образом для того, чтобы обезопасить себя от скрытой угрозы. Она не знала, когда и где Ша Фумин вздумает снова подкатить. Палка о двух концах. Начальник хочет к ней подкатить, ситуация с работой стабилизировалась, правда, теперь надо как-то противостоять угрозе заигрываний. А сейчас хорошо: рядом появилась Гао Вэй, и она теперь в безопасности. У Гао Вэй есть глаза. Ша Фумин не может не избегать её глаз. Глаза Гао Вэй стали для Ду Хун солнцем днём и луной ночью. Если Ша Фумин и не откажется от своих замыслов, то Гао Вэй тут же врубит прожектора своих глаз — щёлк! — и заигрываниям конец!
В обеденный перерыв Ду Хун и Цзи Тинтин пошли в супермаркет, а заодно позвали и Гао Вэй, чтобы проводила их. Три девушки, две слепых и одна зрячая, шли, держась за руки, и Гао Вэй вела себя очень пристойно. Пристойность выражалась в неразговорчивости. Обычно слепые, общаясь со зрячими, чувствуют себя неполноценными, а потому мало говорят и практически не вмешиваются в разговор. Но сейчас сложилась обратная ситуация: слепые девушки всю дорогу болтали, а Гао Вэй почти всё время помалкивала. Редкий случай. Даже Цзи Тинтин обратила внимание на это похвальное качество Гао Вэй. В тот же день вечером она сказала Ду Хун:
— А Гао Вэй неплохая девчонка, мало болтает!
Ду Хун задумалась: а вдруг и правда? На следующий день утром она вытащила ключ и открыла свой шкафчик, достала два печенья с шоколадной начинкой, закрыла шкаф и подошла к стойке администратора. Одну печенюшку съела сама, а вторую дала Гао Вэй. Гао Вэй знала, что слепые между собой почти никогда ничем не делятся, и поступок Ду Хун — нечто из ряда вон выходящее. Гао Вэй сунула печенье в рот, обрадовавшись, — впервые у них с Ду Хун получился «контакт». Она схватила Ду Хун за хвостик и легонько потянула. Голова девушки запрокинулась, её лицо смотрело в потолок, а на губах застыла лёгкая улыбка. Эта девчонка красива до безобразия, а как улыбнётся, так всех одурманит! Директор Ша за ней бегает, но что он понимает? Ничего не понимает! Прелесть Ду Хун очевидна, но всё впустую. А жаль…
Наконец Гао Вэй собралась с мужеством и стала при распределении клиентов в первую очередь заботиться об интересах Ду Хун, причём в открытую. Проницательные слепые быстро подметили новую тенденцию. Когда новость дошла до ушей Ду Ли, то эта прямолинейная девица взвилась. Сама Ду Ли избегала вопросов о предвзятом отношении, но улик не было. Она обрисовала проблему, а потом заострила внимание на ситуации с велорикшей, задав в самом начале собрания всем участникам важный вопрос:
— В конце концов, велорикша кому принадлежит? Салону или ей?
И продолжила допытываться:
— Что же, на неё правила салона не распространяются, что ли?
Подтекст и так понятен. В комнате отдыха на какое-то время воцарилось молчание, мёртвая тишина. Все думали, что сейчас ответит Гао Вэй. А Гао Вэй отвечать не стала. Она ждала. Она знала, что слово возьмёт директор Ша. И директор Ша действительно выступил, но речь повёл о вопросе сугубо профессиональном — об анорексии среди новорождённых. Он провёл анализ подхода родителей к этому вопросу. Хотят ли родители давать младенцам лекарства? Ответ отрицательный. Но самым надёжным средством для лечения младенческой анорексии остаётся всё-таки физиотерапия. Нужно растирать животик, чтобы добиться расслабления. Это новый подход, который требует дальнейшего развития.
