И в этой открывшейся панораме, разрывая надвое неподвижный пейзаж, быстро бежал тёмный силуэт, оглядываясь по сторонам и шелестя длинной юбкой. Нася от страха и возмущения открыла рот.
Ни странная одежда на бегущем, ни чалма на голове не заставили её усомниться в том, что она почувствовала: знакомый тёмный силуэт принадлежал Оле.
Либо она сходит с ума, и её внутренние страхи обретают плоть, либо это всё сон, либо Оля зачем-то тайно пришла в овраг. В любом случае, лучше спрятаться, да побыстрее.
Нася перебежала на другую сторону дороги и спряталась за остовом древней маршрутки так, чтобы одним глазом можно было незаметно следить за ситуацией.
Через минуту ворота одного из гаражей бесшумно раскрылись, и показался тёмный силуэт. Его руки привычными движениями связали двери проволокой, голова мотнулась по сторонам, выглядывая случайных свидетелей, после чего силуэт спокойным шагом пошёл вдаль по дороге, снимая на ходу чалму и освобождая кипу длиннющих чёрных дредов.
Когда силуэт превратился в точку на горизонте, и опасность миновала, Нася отвернулась от дороги и уселась, опершись на большую прохудившуюся шину. Перед глазами всё плыло. Голова разболелась. Сердце стучало так, что закладывало уши. Мысли спутаны. Тело всё дрожит.
«В любом случае, нужно подождать», – подумала про себя Нася и закрыла глаза.
***
Прошло никак не меньше получаса, прежде чем Нася решила выйти из своего убежища. Спазм отпустил, и голова больше не болела, только во всём теле чувствовалась огромная усталость. Её немного шатало от пережитого стресса, но она понимала, что нужно было сделать ещё кое-что. Тогда, возможно, всё прекратится. Прямо сегодня. Нужно найти доказательство. Нужно показать всем, что Оля делает что-то незаконное. Тогда всё и закончится.
Щёки у Наси лихорадочно горели. Нетвёрдой походкой, но с твёрдой уверенностью она направилась к тому самому гаражу, из которого вышел тёмный силуэт.
Петли на дверях были смазаны, и проволока, держащая ворота закрытыми, была чистой. Пытаясь унять лёгкий тремор в руках, Нася распутала нехитрый замок и потянула на себя дверь.
Внутри гараж больше походил на склад: покрытые толстым слоем пыли инструменты, коробки и стеклянные банки лежали на полу и стояли на полках по бокам. С другой стороны от входа, в прохудившейся железной стене, зияла неровная дыра, из которой виднелась серая колючая земля оврага.
«Всё-таки это очень похоже на портал из наших детских страшилок, – подумалось Насе, – надеюсь, на этом сходства закончатся, и я не попаду в Другой Мир, где по могилам шастают упыри, а в кислотном небе летают крылатые мверзи. Потому что если Оля бежала оттуда, надо было сдаться ещё пару месяцев назад…»
Нася, на всякий случай, плотнее прикрыла ворота и, с вырывающимся из груди сердцем, шагнула через дыру в стене.
Что здесь можно было делать? Пустырь, без жизни, без движения, под ногами земля из пластика и высохшей, перегнившей столетней древесины, вокруг холмы из красной глины, из которых торчат куски арматуры… Нася прошла вперёд, оглядываясь по сторонам. Первый раз в жизни она была в овраге, и там не было ровным счётом ничего. Безлюдная пустота и тишина, просто мёртвый пейзаж. Вдалеке виднелась мусорка, над которой витала аура страха.
Нася стояла посреди оврага и не знала, что дальше делать. Пока всё шло к тому, что она сошла с ума, ибо вокруг не было ни одной зацепки, ни одной подсказки, ни одного вещественного доказательства, ни одного малюсенького шанса показать всем, что Оля зачем-то приходит в Овраг. Ещё меньше доказательств, что она пользуется демкой в дурных целях. Нася уже была готова открыть портал в Другой Мир и даже встретиться с крылатыми мверзями, но вот увидеть голый неподвижный пейзаж… Доказать, что дредастая пользуется демкой, чтобы её извести, было невозможно. Скорее все решат, что это она, Нася, сошла с ума и наговаривает на приличную, милую девочку.
Оля загнала её в тупик, в мёртвую точку, и надежды найти доказательства Олиной вины и своей нормальности таяли на глазах. От безысходности уже начиналась паника. Что Оля здесь делала? И была ли она тут… Но кто-то же явно здесь был, иначе как объяснить проволоку на гараже и смазанные петли. Не могли же они ей привидеться. Или могли… А, может, это всё-таки людоеды? Нет, это уже бред. Ведь она видела дреды у уходящего силуэта. Хотя, может, Оля и есть людоед. Насю же она почти сожрала. Морально, правда… Неужели это всё – плод измученного разума, мания преследования. Неужели это сумасшествие…. Или это дурной сон… Может просто стоит проснуться?
Нася сдалась. Баста. Здесь ничего нет и, возможно, и не было. Оля здесь просто заблудилась, а может, это и не Оля вовсе. Всё. Хватит. Она зажмурила глаза и сжала кулаки. Пусть это будет сон.
