– Можно взять у полицейских или найти склад!
– Я тебя умоляю! Все склады с оружием разобрали ещё тридцать лет назад во время гражданской войны. Тем более, поверь мне, все солдаты и полицейские в достаточной мере осведомлены, на кого они работают!
– Тогда надо просто незаметно на них напасть, а убивать можно не обязательно пистолетами!
– Да как ты проведёшь незаметно через мусорку две тыщи человек? Да даже, если и проведёшь, тебя там встретят во всеоружии.
Тёма молча думал. Потом разжал в кармане нож и голым кулаком треснул с размаха Даню в челюсть. Тот немного отшатнулся и схватился ладонью за подбородок.
– Ты чего? – испуганно спросил Даня, у которого между пальцами потекла кровь из пирсингованной губы.
Тёма не ответил и только ударил его второй раз. Новенький упал на землю и вскрикнул. Тёма бил его и бил, попадая кулаками в живот, рёбра, в лицо… Даня свернулся калачиком на земле и закрыл голову руками, периодически уворачиваясь от ударов. Тёма бил его изо всех сил, колошматил его в надежде услышать, что всё это было шуткой. Но Даня не сдавался.
Когда у Тёмы закончилась вся ярость, он просто сел рядом с ним и заплакал.
– Я ещё придумаю, что можно сделать, – сказал Артём сквозь слёзы, не поднимая головы, – я обязательно придумаю.
Долгие минуты прошли в тяжёлом молчании, изредка прерываемом всхлипами. Даня лежал на спине, согнув колени и запрокинув голову, чтобы из носа не текла кровь, Артём сидел на раскрошенном бордюре, тупо уставившись в землю и шмыгая носом. Вдалеке по-прежнему слышался едва различимый рёв машин, с мусорки тянулся неприятный запах гари и над всем этим сквозь дымку светила неподвижная полная луна.
– У меня остался только один вопрос: зачем ты всё это мне рассказал? – устало поинтересовался Артём.
– Я хочу уйти отсюда. Ты иммунный, ты можешь меня провести через опасную зону.
– И зачем
– Если ты не пойдёшь со мной, после школы тебя завербуют. Всех иммунных вербуют и отправляют в Новую Москву. Тебе промоют мозг, и ты покорно будешь служить своим врагам.
Снова воцарилось молчание. Тёма понимал, что нельзя принимать резких решений. Всё было слишком сложно, голова закипала и отказывалась соображать. Было понятно, что Горбунов всё знал. И про Новую Москву, и про вербовку, и про зоопарк с фермой. И, судя по всему, тоже хотел бежать отсюда. Как и Даня. Они все решили его использовать. Глупого иммунного дурачка…
Какие варианты есть у Артёма? Идти с Горбуновым, который всё время ему нагло врал? Идти с Даней, который также постоянно врал, но всё же под конец открыл правду? Остаться здесь и ждать вербовки?
– А что с Олей? Ты её возьмёшь? – вспомнил Артём ещё одного своего врага.
– Оля и её мама не в себе. Они живут в другом мире, мне их не понять. Мне вообще не понять сторонников пассивного романтизма.
– То есть, ты хочешь сказать, что они не работают на Новую Москву?
– Пффф, конечно, нет. Они обе живут своими прошлыми жизнями, изредка играя чужими чувствами. Им не за чем уходить куда-то в реальности, они уже ушли в демку, в свои уютные мирки.
– Я надеюсь, ты прав, – задумчиво промямлил Тёма. – Но я не могу пойти с тобой. По крайней мере, сейчас. Мне нужно подумать над другим предложением.
– Значит, есть другое предложение… – себе под нос тихо проговорил Даня. – Я так и знал. Ладно, Тёма…
– Я не могу сейчас ответить. Мне нужно многое обдумать. Я не сдам тебя полиции, это единственное, что я могу тебе обещать.
– Полиция меня не ищет. Но всё равно спасибо. Стукну тебе в окно следующей ночью, если меня не прибьёт кто-нибудь из местных, – сказал Даня и заковылял к гаражам у оврага.
Тёма поплёлся домой. В животе урчало то ли от волнения, то ли потому что он не поужинал. Но есть совершенно не хотелось. Мир стремительно менялся. Тёма чувствовал, что он оказался в странном пространстве, где за каждым привычным и знакомым с детства предметом или явлением скрывается огромная, мрачная, безжалостная истина. Всё, к чему он привык с детства, оказалось лишь частью чего-то большего и пугающего. Границы мира раздвигались, и уютный маленький мир, в котором он жил, делался зыбким и хрупким, как стеклянный шарик в вихре урагана. Только Тёма начал понимать правила игры тут, в этом мирке, как оказалось, что есть ещё более глобальная игра со своими правилами, о которых он даже не догадывался.
Даня был прав. Есть двери, которые лучше не открывать. Слишком резок свет правды, а сама правда больше похожа на чудовище.
12. «Принцип домино»
Ассоциации. Это связи между атомами информации. Они невидимыми нитями соединяют атомы в молекулы. Молекулы связываются в мысли, догадки и образы. Так, сцеплённые между собой крепче-крепкого, образы образовывали целое информационное полотно, плотное и эластичное.
Да, когда-то инфосфера была связанной и изолированной и представляла собой лишь один из слоёв стратосферы. Но это было давно.
