Гера погрузилась в глубокий сон, как только её голова коснулась подушки. Трудный день со всеми его ссорами, сборами, слезами и нервами закончился. Завтра будет новый день, и всё будет по-другому. С чистого листа. Гера свернулась клубочком на кресле-кровати в Насиной комнате и видела приятные сны, где её все любят.
Она была девушкой владельца бара в Тайланде, красивого и харизматичного англичанина. Она приехала с друзьями на пару недель отдохнуть от шума мегаполиса, позагорать под пальмой и попить тропических коктейлей, но в первый же день встретила Его. Это была любовь с первого взгляда. Они были вместе двадцать четыре часа в сутки, он сажал её себе на колени за барной стойкой, поил бесплатно её друзей, возил на своей машине по окрестностям. И через две недели она сдала билеты на самолёт и осталась с ним. Безграничное счастье, улыбки и море.
Спать оставалось совсем ничего, и Нася заставляла себя хоть немного вздремнуть. Но вместо сна в голове парили мысли, её и чужие. Она чувствовала пустоту и отчаяние Геры, смятение Марка, слёзы их родителей. Чувствовала, как Тёма из последних сил старается хранить тайну про Поход, несмотря на то что теряет друзей и близких. И у всех её завтрашних попутчиков, включая самого Горбунова, в душе царило воодушевление, приправленное острой ноткой страха.
А что же чувствовала Нася? Где были её собственные переживания? Она уже и сама не знала. Она просто была частью целого, чего-то большого и единого. И чувствовала, как мысли и образы просто проходят через её голову. А перед тем, как ненадолго заснуть, ей даже привиделось, что вся она состоит из информации, чистой и текучей, как сама демка.
13. «Запах приключений»
Будильник ещё не думал звонить, а Тёма уже проснулся и вылез из постели. Небо за окном слегка очистилось после дождя, и через стекло пробивались первые лучи солнца. Сна не было ни в одном глазу.
Вадик мирно посапывал у себя в кровати, видимо путешествуя по чудесным странам или былым временам. В квартире было тихо, и дверь в мамину комнату была по-ночному закрыта. Тёма решил не будить родных и стал тихонько одеваться. Поверх футболки с выцветшим принтом черепа он накинул лёгкую куртку цвета хаки, зашнуровал высокие чёрные ботинки, распихал нужные вещицы по карманам штанов, на левую руку надел механические часы, а на плечи водрузил готовый с вечера рюкзак. Во всем теле он ощущал странное чувство, похожее на то, что испытывал перед первой вылазкой. Такое волнительное и в то же время приятное чувство предвкушения. Ожидание больших свершений. Страх и благоговение перед выходом в жизнь.
Тёма вышел из дома, умудрившись никого не разбудить. На улице было свежо и дышалось свободно и легко, как всегда после дождя. Под ногами, правда, была грязь, но теперь к грязи нужно привыкать. Тёма прошёл несколько шагов от подъезда, в последний раз обернулся на родной дом и решительно зашагал прочь.
Первое время пути Тёма не замечал ничего вокруг, он просто шёл к назначенному месту и слушал, как с волнением бьётся его сердце. Он здоровался с редкими утренними встречными, и кто-то хвалил его за энтузиазм и частые вылазки, а кто-то просто сонно кивал. Мамина стародавняя подруга тётя Катя, встретившись с ним, начала расспрашивать про семью и как будто не видела, что он спешил, так что Тёме пришлось прямо ей об этом сказать и распрощаться.
Он спешил мимо знакомых продуктовых ларьков, старых разграбленных магазинов и безлюдных многоэтажек с окнами без стёкол. Потом обогнул территорию древней съёмочной площадки с поломанными декорациями и разрушенными хозпостройками и вышел на большой проспект. Впереди, укутанное дымкой, виднелось разрушенное здание бывшего московского университета. Когда-то, говорят, срединную постройку украшал шпиль со звездой из жёлтого стекла, но он давно рухнул, то ли из-за сильных колебаний, то ли во время войны. Здание было ещё не до конца изучено, и сохранялась высокая вероятность, что на последних этажах и в катакомбах хранилось много нужных вещей и материалов. Но из-за высокой концентрации информации масштабные вылазки туда были пока невозможны.
По правую руку шли целые нежилые кварталы, состоящие из мнгоквартирных и многоэтажных громадин. Массивные здания, построенные в едином стиле с корпусами университета, разнообразные жилые комплексы причудливого дизайна, рестораны с непонятными названиями на вывесках, бутики с голыми гнилыми манекенами и отделения банков с горами ненужных денег – все они стояли полуразрушенные, покинутые, необитаемые и объятые демкой. По левую руку когда-то находился парк и автомобильная развязка, а теперь там раскинулся пустырь из рытвин, вздутого асфальта, поваленных рекламных щитов и заборов.
