Затем она дотронулась до электрического чайника и он моментально стал, как новенький! – Чуть воду не забыла, вот голова старая, – хихикала сердобольная тётя.
Настя посмотрела на стол. Он был чистый, а клеточки на скатерти стали кипельно-белыми и ярко-синими. Заиграло радио.
– О, уже шесть часов! Скоро придёт наш Олежа.
Женщина достала нож, и все напряглись. Но она просто нарезала продукты для бутербродов. Затем она разлила чай по чашкам и поставила всё это на стол перед ребятами.
– Кушайте, кушайте, не смущайтесь! – приговаривала она.
Над чашками поднимался пар. Все взяли в руки по бутерброду. Холодный. Настя попробовала откусить крохотный кусочек. Совершенно ни на что не похоже. Потом, на свой страх и риск, откусила кусок побольше и медленно его пережевала. Настоящий…
Даня ел бутерброд, совершенно не опасаясь, что их могут отравить. Гера сначала откусила, но потом выплюнула пожёванный кусок и выбросила на пол, взглядом показывая Насте, что она не доверяет всему происходящему.
– Спасибо большое… – проговорил Даня с набитым ртом и сделал паузу, будто вспоминает имя женщины.
– Тамара Фёдоровна, дорогой, Тамара Фёдоровна. Мама Олежки, – улыбалась женщина.
По кухне разлетелся запах свежезаваренного чая.
– Молодёжь, прриём! Возврращайтесь! – зашипела рация у Геры на поясе.
Бутерброд медленно исчез у Насти из руки. Просто растворился! Радио замолкло, а на грязном столе лежали разбитые чашки в луже вонючей воды.
– Пфффф! – Даня выплюнул воду. – Буэээ. Что за хрень?
– То есть, до этого тебя не смущало ничего? На кой чёрт ты это пил? Видно же, что это всё какая-то коллективная галлюцинация.
– Этот бутерброд был настоящий! Я тебе отвечаю. Я чувствовал, как насыщаюсь! – возразил Даня.
– Вообще, мозгов нет. Ладно, пойдём к остальным. Им что-то нужно от нас.
Уходя, Настя оглянулась на кухню. Ничего необычного, просто старый заброшенный дом. Никого нет.
– У вас с собой оружие? Я только что видел здесь мужчину! Но он растворился, я не успел выстрелить! – Тёма подошёл к Насе и приобнял её.
– Всё страньше и страньше, как говорится. Их видят иммунные, – задумалась Гера.
– Мы рядом с Шамбалой, друзья. Хотя в нашей стране лучше называть это место Китежем… – обратился к команде Андрей Николаевич, медленно раскручивая собранный разноцветный кубик. – Инфосфера материализуется. Причём очень по-разному, как мы могли заметить… Мои ФЧИ работают на другом уровне, они отвечают только за то, чтобы вы не попадали в другую реальность произвольно. Грубо говоря, человеческий разум защищён, но, очевидно, что, помимо нашего разума, есть что-то ещё, практически не зависящее от нас.
За окном всё ещё лил дождь. А все ждали, что в комнате снова появятся люди. Гера рассказала, что они увидели в другой квартире и как это произошло. По её гипотезе, женщина с чаем и бутербродами материализовалась после того, как она, Гера, вслух сказала про чай. Потом Артём вспомнил, что мужчина появился после того, как Илья сказал, что интересно было бы посмотреть, кто здесь жил и в чьих штанах он ходит.
– Мечты сбываются! – усмехнулся Даня.
Настя посмотрела на него, и тот внезапно упал на пол.
Даню привели в чувства. Он с трудом шевелился и странно улыбался. Но теперь было понятно, что эта улыбка – не от большого веселья. Он просто не мог перестать улыбаться.
– Вы, наверное, уже поняли, что я… Я дальше не смогу… – Настя чувствовала, что он подбирает слова, чтобы не расплакаться. – Я надеялся, что дотяну… хотя бы до двадцати пяти… Сложно го… горячо… говорячо… чёрт… говорить…
Даня улыбался, а по щекам его текли слёзы. Гера подсела к нему на диван и обняла. Он зарыдал, уткнувшись в её плечо.
Настя принесла стакан воды и протянула ему, стараясь, не вникать в его чувства. Но даже так ей было больно. Сердце разрывалось на части. Их крутой красавчик на глазах превратился в недееспособного калеку…
Когда Даня немного отдышался и привёл мысли в более или менее ясный строй, он начал рассказывать:
– Я ещё в детстве видел, как люди умирают вот так вот… Среди детей ходили байки про прокляться ведьм и прочая чепуха… Но пока тебя самого это не коснётся, ты же не будешь вникать в неприятные темы. Как видите, меня коснулось. Я понял это, когда ещё был дома, в Новой Москве.
Даня сделал паузу и глубоко вдохнул. Было видно, что ему сложно говорить.
– По-научному, это называется "прионная болезнь". Или "куру". По-простому – "болезнь каннибала".
– "Смеющаяся смерть" ещё, – добавила Гера, – давай я расскажу, не переутруждайся. Как явствует из одного из названий, подхватить заразу можно при помощи каннибализма, то есть поедая человеческое мясо. Причём сырое. Карма во плоти просто. Из мяса в организм попадает инфекция – те самые прионы, которые фигурируют в другом названии. Это до конца не изученные микроорганизмы, которые вызывают трансмиссивные губчатые энцефалопатии (это род заболеваний). Все прионные болезни поражают головной мозг и другие нервные ткани, в настоящее время неизлечимы и… ой…
Гера осеклась и замолчала.
