— Да, но сама не знаю о чём, если честно, — сказала она, слегка пожав плечами. — Когда рыбак ушёл, я не стала настаивать, чтобы он остался… Хотя он был болен, это было видно. Он был очень худой, как из голодного края, и слабый. Я совсем не чувствовала его на своей спине, когда везла до берега, и меня это напугало. Наверное, я могла бы помочь, если бы… Если хотя бы просто предложила помощь. Если бы тогда выяснилось, что тот человек был одним из последних, я бы себе, наверное, не простила, что просто так его отпустила.
— Он и был одним из последних… — задумчиво протянул Седой Граф.
— Это с одной стороны, — продолжала Ална. — А с другой стороны, кто мы такие, чтобы следить за ними? Они такой же разумный вид, как и мы, у них своя жизнь, свои порядки и свой уклад, в который мы никогда не впишемся при всём желании. Мы… Другие. И не имеем права им мешать.
— Мешать — нет, — согласился Седой Граф. — А помочь?
Ална задумчиво провела ладонью по серой голове.
— Кто знает, нужна ли им наша помощь? — спросила она наконец, запустив пальцы в мохнатые стебли водорослей. — Изгой и Тоска ни разу не попросили её и не сказали, что она нужна другим. Да и что мы можем сделать, чтобы помочь? Отстроить города? Накормить? Не думаю, что люди нуждаются в подобном.
— Согласен: сделать мы можем мало, — кивнул Седой Граф, несколько хмуро потирая шрам. — Но мы можем запечатлеть их, чтобы память о них не исчезла после их смерти. Пусть самой цивилизации уже не будет на свете, мы будем помнить её.
— Пожалуй, — согласилась Ална. — Мы сделаем всё, чтобы её не забыли. Даже если сама цивилизация этого не хочет.
Это был один из тех немногих дней, когда Уон разбудил Уола, а не наоборот. Холодное солнце севера заглядывало в большое пузатое окно: переубедить Алу, на редкость упрямого в подобных вопросах, не удалось, и киты всё-таки пошли в обход. Здесь царило какое-то исключительно северное спокойствие, какое никогда не бывает на юге. Под окнами «Суши», не первый день скитавшейся по просторам тундры, ползали большие шерстистые ящерицы. У них был красивый перламутровый цвет, и их волоски переливались на солнце всеми цветами радуги. Большие мохнатые мотыльки такого же белоснежного окраса махали тяжёлыми крыльями и мягко стучали ими в выпуклые окна корабля.
Уон, тихо выскользнув из своей каюты, подплыл к комнате брата и заглянул в глазок. Самого Уола видно не было, но, судя по отсутствию движения в комнате, он спал и в скором времени вставать не планировал. Уон, усмехнувшись про себя, тихо открыл дверь и заплыл в каюту.
Как и думал Уон, Уол ещё спал. Дело было не в том, что старший брат проспал: он-то, как обычно, лёг рано и встать собирался так же. Дело было в том, что Уон ещё не ложился. Вообще-то он мог получить от брата нагоняй за то, что так откровенно пренебрёг сном, но причина, по которой Уон хотел разбудить Уола, могла спасти его от подобной участи.
— Уол! Уол, проснись! — громко зашептал Уон, теребя за плечо брата. Тот не отреагировал. — Уо-ол! — Уон, чуть подумав, с тихим «бульк» положил ему на щёку синюю ладонь. — Пора вставать!
Уол лениво перевернулся с бока лицом к брату и медленно открыл один глаз, но ничего не сказал. Несколько мгновений он смотрел на Уона отсутствующим взглядом, открыл второй глаз, а затем в них постепенно появилось осознание.
— Я что, проспал?! — с ужасом спросил Уол и, резко сев в кровати, посмотрел на часы. Они показывали половину третьего ночи, хотя за окном было светло, и кто-нибудь посторонний вполне мог бы подумать, что часы сломались. — Что случилось? Всё хорошо?
Уон удивлённо отпрянул под таким напором.
— Ничего, за исключением того, что я в кои-то веки встал раньше тебя, — чуть смущённо сказал Уон, потупив взгляд. Выражение лица Уола сменилось с испуганно-озабоченного на угрюмое.
— Тьфу ты, Уон, — вздохнул Уол, сердито взбивая подушку. — Я уж подумал, что-то серьёзное произошло. Кстати, что это ты не спишь? Даже не знаю, сейчас рано или поздно.
— Солнце разбудило, — просто сказал Уон, кивком показав за окно. Там действительно над горизонтом висело маленькое северное солнце.
— Ну да, так я тебе и поверил, — хмыкнул Уол, откинувшись обратно на подушки. — Не помню, чтобы ты когда-нибудь был таким бодрым, только что проснувшись. Небось, не ложился ещё…
— Даже если и так, что с того? — Уон подплыл к окну, посмотрел на искрящуюся корочку наста, окинул быстрым взглядом горизонт, довольно кивнул каким-то своим мыслям и вернулся к брату.
— Как — что? — переспросил Уол, от удивления снова сев в кровати. — Вот скажу Ауну, он тебе объяснит…
— Не ворчи, — Уон профессионально сделал вид, что не заметил сердитый взгляд брата. — Я тебя не просто так разбудил.
— Да? Что-то я в этом сомневаюсь… — сонно протянул Уол и зевнул. Прогонять Уона он пока не стал, хотя очень хотелось.
Уон снова подплыл к окну и посмотрел куда-то вдаль.
