Мужчина в одиночестве путешествует по японской глуши, пытаясь найти таинственную деревню Белая река. В пути с ним начинают происходить странные и необъяснимые вещи, и чем дальше, тем сюрреалистичнее оказывается мир вокруг него. А долгожданная деревня становится местом, из которого нет пути назад.
Я бодро шел по извилистой дороге вдоль леса с пухлым рюкзаком за спиной. Солнце почти скрылось за горами, а значит, вскоре все вокруг накроет пеленой тьмы. Приложение Maps.me указывало, что деревня Сиракава уже близко. Наконец, лес с одной стороны дороги оборвался, и я увидел табличку, на которой был отчетливо виден первый иероглиф – белый, второй же был затерт. Наверное, это и есть Белая река, которую я ищу. Я знал, что это вымирающая деревня, но не предполагал, что здесь будет настолько пустынно, словно в закрытой из-за радиации зоне.
Поблизости не было ни одного человека. Ни крестьян, направляющихся в поле, ни детей, смех которых разливается по округе, ни проезжающих на велосипедах девушек и юношей в соломенных шляпах. Ни лающих друг на друга собак, ни кошек, вальяжно развалившихся на траве и с вызовом смотрящих по сторонам. Ни единой живой души. Кончики пальцев закололо от судороги, так происходит всегда, когда меня настигает чувство тревоги. Сначала я не понял, с чем оно связано, но сообразив, почему мне стало не по себе, я ощутил новую, еще более мощную волну беспокойства. В деревне господствовала глухая тишина. Она навалилась резко и внезапно. Еще несколько минут назад я слышал целые сонмы природных звуков, но как только я миновал табличку с названием деревни, я словно зашел в гробницу и задвинул за собой огромный валун.
Почему не слышно даже шелеста листьев или пения птиц? Что это за гротескное место? Моя тяга к путешествиям по неизведанным тропам привела меня в место куда, по всей видимости, даже не ступала нога туриста. Но где все местные обыватели? Хоть одна живая душа!
Но вдруг мой взгляд выхватил вдалеке одинокую фигуру. Мне показалось, что это был мужчина, который опирался на лопату. Вопреки ожиданиям я не почувствовал облегчение, увидев долгожданного человека. Мое чувство тревоги только усилилось. Что-то странное и неестественное сквозило в фигуре.
Я постарался отогнать от себя эти мысли и направился к мужчине. Я двигался в его сторону, разглядывая окрестности. По другую сторону дороги я увидел двухэтажное здание и остановился, чтобы получше его разглядеть. Сооружение было больше обычных жилых домов. Через широкие окна просматривались маленькие фигурки. Это же школа! Как странно, что дети учатся так поздно, ведь уже почти стемнело. Сидят практически в темноте и слишком… спокойно. Я слышал о прилежности японских учеников, но эти школьники выглядели чересчур тихими и как будто обездвиженными. Они покорно смотрели вперед, я не видел куда, но мог предположить, что на учителя, который что-то им объяснял или чертил на классной доске.
На миг я утратил способность дышать. В следующем окне я заметил ученика, который смотрел в окно, в отличие от сверстников. Моему зрению не хватало остроты, чтобы я мог разглядеть его черты лица и уследить направление его взгляда. Но мне казалось, что он смотрит прямо на меня. Невозмутимо и хладнокровно. Без малейшего намека на движение. Рюкзак, который до этого момента я практически не ощущал, показался мне слишком тяжелым, а ноги резко заболели от усталости. Я отвернулся и зашагал дальше. Пару раз я оборачивался в надежде, что ученик потерял ко мне интерес, но он продолжал смотреть в мою сторону, словно пытался разглядеть мои внутренности.
Я приблизился к мужчине. На улице стало совсем темно, но я смог разглядеть его одежду: резиновые сапоги, хлопчатобумажные фермерские брюки и куртка, бейсболка, рабочие перчатки.
– Сумимасэн! – крикнул я, не подходя к фигуре слишком близко.
Мужчина стоял ко мне спиной, но я был уверен, что ни один мускул на его лице не дрогнул. Настолько неподвижной была эта фигура. Я еще раз обратился к нему, на этот раз чуть громче. Он продолжал мирно стоять, опираясь на лопату. Может быть, у него проблемы со слухом? Я медленно подошел к мужчине и тронул его за плечо, прокричав «Сумимасэн!» практически ему в самое ухо. Его невозмутимость и пренебрежение начали одновременно и пугать, и раздражать меня. Но в следующую минуту он глухо повалился на землю лицом вниз, роняя лопату.
Я кинулся на землю, чтобы перевернуть мужчину, но как только прикоснулся к нему, ощутил прилив брезгливости. Его тело было слишком мягким и слишком легким. В нем не было жизни. Я отдернул в руку и в следующую секунду услышал шорох. Что-то стремительно приближалось ко мне в высокой траве.
Голодный страх накинулся на меня, заглатывая все мои внутренние органы. В панике я стал озираться по сторонам и, к счастью своему, увидел спасительный свет в одном-единственном доме. Я побежал к нему, превозмогая усталость. У входа на скамейке восседала еще одна фигура, такая же безжизненная, как и мужчина, которого я бросил. Она была одета в ту же одежду, но вместо бейсболки на голове была широкополая шляпа, поэтому я не видел лица. Но что больше всего меня поразило, это то, что на месте одной ноги была культя белого цвета.
