Тут можно вспомнить, что Цестифон, отброшенный Гренделем, смотрел на Флавиона, толи с недоумением, толи с негодованием. Гладиатор явно не ожидал вмешательства и ярости со стороны Лорда Грендель. Цестифону только теперь стало понятно, что Флавион попросту подставил его, используя в своих целях, чтобы вынудить Лорда Гренделя поспешить на помощь к Леди Бине, тем самым продемонстрировав всем его беспокойство о предательнице, что должно было бы подорвать его авторитет и поставить под угрозу его положение в лагере.
— Не думаю, что ему потребовались долгие уговоры, — хмыкнул Кэбот.
— Само собой, — не стал спорить Пейсистрат, — не больше, чем любому другому здоровому мужчине.
— Но теперь ей больше не надо бояться его веревки на своей шее, скрепляющей ее с остальными его женщинами, — заметил Архон.
— К сожалению, — вздохнул Кэбот.
— Насколько я понимаю, — сказал Архон, — ей придется выпрашивать простыню или некое покрывало, которым можно было бы скрыть лицо и тело.
— Это верно, — кивнул Кэбот. — И я нисколько не сомневаюсь, что ей это будет предоставлено.
— Это хорошо, — буркнул Пейсистрат. — А то смотреть на нее — это, то еще удовольствие. Но, по крайней мере, кюры больше не требуют ее крови.
— А с чего бы им продолжать требовать этого? — поинтересовался Архон. — Что они могли сделать с ней теперь, чего она сама не приветствовала бы?
Пожалуй, было бы неразумно, и конечно не необходимо, в данном рассказе, расписывать во всех подробностях те ужасные моменты, которые были проделаны с Леди Биной в плену людей из скотских загонов. Конечно, имели место ногти и зубы, камни и заостренные палки и все, что попало под руку. Это был краткий момент безумства ударов, тычков, пинков, избиений не ограниченных какой-либо отдельной частью ее маленького тела, но исполненным почти беспорядочно с яростным, мстительным, тупым рвением.
— Многие, — покачал головой Статий, — считают, что она должна быть изгнана из лагеря.
— На верную смерть? — спросил Кэбот.
— По-видимому.
— Лорд Грендель этого не допустит, — заверил его Кэбот.
— Но ее присутствие на многих в лагере действует подавляюще, — предупредил Статий.
— Она прикроется, — пообещал Кэбот.
— Лучше скажите, что слышно о предателе Флавионе? — осведомился Архон.
— Ничего, — буркнул Статий.
— Не хотелось бы мне оказаться на его месте, когда Лорд Грендель узнает, где его искать, — поежился Архон.
— Мне тоже, — хмыкнул Статий.
Читатель наверняка заметил, что Архон назвал Флавион предателем. Теперь в лагере, принимая во внимание освобождение Леди Бинф, попытку покушения на жизнь Лорда Грендель, его исчезновение и многие другие факты, это было общепринятой истиной.
