– Я позвонил дяде в Ташкент. Урман Вахидов, директор музея археологии «Минг Урок». Вы с ним отлично знакомы. Он вам разрешил снять всю экспозицию, посвящённую Ба́ктрии. – напомнил Нурдин журналисту и тут же продолжил: – Дядя мне обещал прислать к нам в Термез, группу из трёх археологов. Они приедут дня через два.
Кроме того, я поговорил с начальником полиции города. Он сообщил, что отправил сюда двух человек. В ближайшее время, сотрудники окажутся здесь. Они начнут охранять этот склеп до приезда спецов из Ташкента.
Действительно, минут через пять, на дороге появилась машина с мигалками. Всё это время, москвичи бродили по старому кладбищу и снимали на видео, обнажённые смерчем, разбитые камни. Кое-где ещё сохранились какие-то надписи на неизвестном наречии.
Наконец, двое бравых патрульных бодро поднялись на холм. Нурдин взял у бойцов жёлтую ленту с логотипом полиции и заклеил ей весь маленький вход древнего склепа. Теперь в небольшую гробницу никто не смог бы проникнуть, не оставив заметных следов.
Ощущенья охранника
Глаза Шныря округлись от страха. Все мышцы сковала неведомая необоримая сила. Охранник не мог подняться на ноги и бросится прочь от кустов. А сделать это ему очень хотелось.
На вершине холма возник тёмный смерч. Он поднял к небу огромную массу земли, перенёс её через автодорогу и направил на место укрытия приспешника тёмного мага.
Тонны иссушенной почвы помчались к Шнырю. На счастье охранника, грунт разрыхлился в полёте в мелкую крошку. При падении на землю, она быстро рассеялась по большому пространству.
На подручного Жлобина попала лишь малая часть. Всё вокруг завалило песком. Слой оказался толщиною в две ладони, если не больше. Мужчина едва не задохнулся в густом облаке пыли.
Чихая и кашляя, Шнырь выбрался из под рыхлого грунта. Он хотел встать во весь рост, но тотчас передумал. Его могли заметить киношники, стоявшие на вершине холма. Пришлось мужчине и дальше лежать среди редких кустов. Правда, теперь он, словно какой-нибудь ниндзя, совершенно сливался с землёй.
Минут через десять, к холму подкатила машина с мигалками. Два полицейских вышли наружу и вразвалку поднялись на макушку возвышенности. К удивленью Шныря, они не вернулись обратно. Водитель тоже остался на месте. Он поудобнее устроился в откинутом кресле и сразу уснул. Как говорится, солдат себе спит, а служба идёт.
Через какое-то время, киношники и высокий узбек спустились к дороге. Они были очень весёлыми, словно нашли кошелёк полный денег. Причём, с большими купюрами. Люди сели в микроавтобус и тут же уехали обратно в Термез.
Шнырь достал из кармана запылённый мобильник, позвонил своему подчинённому и приказал: – Двигай ко мне.
Спустя две минуты, Лом подъехал к кустам. Охранник с удивленьем понял, что вокруг всё заспано свежевспаханным грунтом. Начальника подчинённый, почему-то не видел. Словно тот провалился под землю.
– «Откуда же он мне звонил?» – задумался Лом. Мужчина решил, что Шныря забрали служители правопорядка и дали ему легендарное американское право на один телефонный звонок. Охранник взглянул на полицейскую «тачку», стоявшую метрах в ста от него. В «воронке» сидел только водитель. Служивый бессовестно дрых, словно он был не на службе, а дома.
– «Неужели, сунули шефа в багажник? Ну и зверские порядки у них. Если так поступают, при задержании подозреваемых, то, что у них творится потом?» – Лом с ужасом вспомнил зиндан, который когда-то видел в кино.
Как ему объяснили друзья, тюрьмой на востоке являлась глубокая яма, закрытая сверху деревянной решеткой. Мол, вот тебе камера, а туалет можешь устроить, где хочешь. Хоть посерёдке пустого пространства.
Внезапно бугор в кустах шевельнулся. Секунду спустя, он превратился в очень страшное чудище. Весь сильно облеплен землёй. На голове нечто похожее на толстый парик из свалявшейся шерсти.
– Человек из песка! – ахнул испуганный Лом. Он схватил монтировку, почувствовал себя намного уверенней и грозно спросил: – Куда дел начальника, съел?
– Да это я, идиот! – выкрикнул Шнырь. Рот и нос у него были забиты частицами пыли. Язык сильно распух. В горле всё пересохло. Голос звучал на удивление странно. Сохранилась лишь интонация гневливого барина, недовольного глупым слугой.
По ней и узнал подчинённый своего командира: – Ты зачем зарылся в песок, словно крот? – спросил он у Шныря: – Испугался полицию?
– Вся эта дрянь с неба свалилась и засыпала меня с головой. – яростно прокаркал начальник. Откашлявшись, он хрипло сказал: – Дай скорее воды.
Лом протянул ему бутылку из пластика, полную прохладной живительной жидкости.
Шнырь схватил литровую ёмкость и опустошил её почти всю целиком. Остатками влаги он смочил оба глаза. После чего, резко встряхнулся, словно большая собака, вылезшая из речки на берег.
В воздух поднялись тысячи мельчайших частиц. Не желая вдыхать облако удушливой пыли, Лом рванул джип вперёд и отогнал его метра на три. Затем, затормозил и посмотрел в зеркало заднего вида.
