Светлана старалась держаться со мной легко и приветливо. Я подобное настроение всячески поддерживала, резонно полагая, что крупицы ценной информации обычно попадают к детективу именно из потоков непринужденного приятельского трепа. Но общение выходило не слишком гладким. Видимо, периодически женщина вспоминала, что я не ее подружка, а вражеский агент, и настораживалась, замыкалась в себе.
Соседи тоже, может, и имели бы сказать что-нибудь интересное про семью Облонских. Но не стали, так как рядом была Светлана. Правда, все дружно сходились на мысли, что врагов у женщины с детьми нет и быть не может. Потому что они живут, как выходит, может, и небогато, но тихо, мирно, поддерживая с окружающими хорошие отношения.
Засыпая поздним вечером в прохладной сырой комнате, я краем уха слушала, как Валерия с Ниной перешептываются в своей кровати, обсуждая, как невестка «довела усадьбу до ручки». Прислушивалась, как Ричик, деловито обходя территорию, грозным рыком прогоняет соседских котов со двора, а те спешно ретируются, надрывно мяукая. Завтра обязательно нужно поговорить с Катей и Олей. Расспросить девочек, кто из знакомых был вхож в их дом все эти годы. Кого злобный питбуль воспринимает как своего и спокойно пропустит на территорию усадьбы? Думаю, список будет невелик, но с этими людьми обязательно нужно пообщаться. Если взрыв – диверсия, они автоматически становятся главными подозреваемыми.
Потом я неспешно планировала мероприятия на завтрашний день. Первым делом нужно съездить в газовое хозяйство. Прочесть акт проверки, ознакомиться с выводами специалистов и поговорить с инспекторами, которые ее проводили. Вдруг окажется, что соседи правы. Котел за годы эксплуатации так сильно износился, что рано или поздно должен был рвануть. И этот день просто настал. А ушлая тетка, придав происшествию нужный угол и присовокупив выдуманные подробности, поспешила обвинить во всем родню. Похоже, Светлана умеет виртуозно манипулировать дочерьми, настраивая их против Леры с Ниной. А тут такой повод замечательный подвернулся, не упускать же, в самом деле?
Еще нужно заглянуть в полицейский участок Центрального района. Дело в том, что даже за короткое время пребывания в Ростове, ведя расследование для госпожи Полянской, я обзавелась там парочкой знакомых, которые не откажут девушке в невинной просьбе и помогут навести справки о бывших заключенных по фамилии Раевские. Я не то чтобы не доверяла Валерии, подвергала сомнениям ее слова или ждала подвоха. Просто предпочитаю все проверять самостоятельно. Вдруг окажется, что сведения женщины неверны и кто-то из дальней родни все еще жив? Тогда можно допустить мысль, что информация о кладе все же просочилась в стан соседей, и теперь они устраивают диверсии, намереваясь если не уничтожить Облонских, то окончательно перессорить их между собой или запугать, вынудить женщин покинуть территорию усадьбы, чтобы самим заняться поисками ценностей.
Да, несмотря на уверения Валерии с Ниной, убежденных в виновности Светланы, представители семьи Раевских казались мне очень перспективными подозреваемыми. Живя годами бок о бок с Облонскими, они легко могли разведать все тайны. Должны были знать расположение домов и устройство вытяжных колодцев, а также примерные даты возведения всех построек. И вдобавок имели связи в преступном мире. Значит, налицо и мотив, и возможности. А тот факт, что Валерия уверена в смерти всех представителей семьи, пока не говорит ни о чем. Как я поняла, она не присутствовала на похоронах лично. Значит, может и ошибаться.
Утром следующего дня сестры Облонские, едва позавтракав, с энтузиазмом занялись разорением клумбы. Некоторое время я с улыбкой наблюдала за процессом. Потом, видя, что у девушек все под контролем, решилась оставить их без опеки и отправилась по делам.
Чуть ранее, перед завтраком, я перекинулась парочкой фраз с Валерией, а потом для всех провела краткий инструктаж по соблюдению правил безопасности. Они были предельно просты. Не покидать участок, не впускать незнакомцев, постоянно быть на виду друг у друга. А в случае чего – запираться в доме и незамедлительно звонить мне.
Сама я отправилась в газовое хозяйство, по дороге обдумывая вчерашний разговор с Валерией и сегодняшние планы сестер, а также выводы, сделанные накануне. Когда я снова попыталась начать размышлять над этим делом, мгновенно возникло ощущение, что я распыляюсь, рассеиваю внимание и путаюсь в хитросплетениях родственных связей, тайн, недомолвок и взаимных претензий членов этой семьи. Словно вижу перед собой туго переплетенный большой змеиный клубок и пытаюсь ухватить за хвосты сразу нескольких из ядовитых гадов. Ну ничего, разберемся. В конце концов, рано или поздно картина прояснится и все встанет на свои места. И потом, решать сложные задачи всегда занятней.
