– Женя, мне интересно, а что ты думаешь по поводу всего этого? – спросила Катя, которая рядом со мной чистила картошку. – Мы уже всю голову сломали, но так и не пришли к окончательному решению загадки.
– А какие были мнения? – решила уточнить.
– Мама думает, что мы над ней подшутили! – порадовал подросток. – Она обиделась и ушла кормить собак. Сказала, что не желает с нами разговаривать. А Оля думала, что это мама так шутит. А я совсем растерялась. Если вещи ничего не стоят, скажи, зачем их прятать? А если это дурацкая шутка, то чья?!
– Не думаю, что это ваша мама пошутила. Или кто-то из присутствующих.
– Почему?
– Обратите внимание на ткань, в которую были завернуты вещицы, – подняла я лоскут, брошенный кем-то на подоконнике, и потрясла им в воздухе.
– А что с ней?
– Ну, видели, тряпка какая-то рыжая.
– Не рыжая, а слегка пожелтевшая от времени, изначально она была белой. Значит, коробку спрятали давно, несколько десятилетий назад. И, таким образом, становится ясно, что сейчас никто не мог пошутить.
– Может, это прадед спрятал давно?! – азартно начала Катя. – Потом бабушка нашла тайник, монеты забрала, а серебряные вещи положила на их место?! Зачем-то? Не знаю, правда, зачем!
– Да, так и оставила за ненадобностью? – хмыкнула Нина.
– Маловероятно, – добавила Оля.
– Не думаю, что все было именно так.
– Почему, интересно?
– Эта ткань называется кримплен, она синтетическая, – пояснила я.
– И что с того? – не поняла девочка.
– Кримплен был изобретен годах примерно в семидесятых, прошлого века, разумеется. Пользовался он большой популярностью у модниц и массово производился до конца восьмидесятых или середины девяностых, не важно. А мы знаем, что Трофим Захарович прятал свой клад в тридцатые годы, значит, никак не мог воспользоваться этим обрезком ткани, чем бы он ни был ранее.
– Тогда кто же это спрятал? И зачем? – продолжала расспрашивать Катя.
– И чем он раньше был? Этот обрезок? – задумчиво пробормотала Нина.
– Пока не знаю. Но надеюсь, что это рано или поздно обязательно выяснится. – Я отложила в сторону недорезанный лук, расстелила на столе обрезок ткани, достала вещицы из лежащей тут же коробки, аккуратно разложила на нем и замолчала, задумчиво вертя в руках коробку и крышку.
– Женя, о чем ты думаешь? – Голос Леры прозвучал как-то напряженно, может быть, потому, что все остальные замолчали и, бросив свои занятия, замерли, глядя на меня.
– Просто пытаюсь понять… Мысль только что в голову пришла.
– Что именно? Какая мысль?
– Подумайте сами: ценности коробка с вещичками не имеет. А преступник пытался ее похитить. Почему?
– Думал, что вещи дорогие, – высказала Нина предположение, и все согласно закивали.
– Не буду спрашивать, откуда он о находке знал, чтобы не запутаться и вас не запутать. Просто зафиксируйте эту мысль: «Преступники очень хорошо осведомлены обо всем, что здесь происходит».
– Ладно.
– Наверное, это так.
– Понятно.
– Предположение, высказанное Ниной, – я кивнула ей, – самое логичное и первое, что приходит в голову. Так?
– Да.
– Верно.
– Конечно.
– Ну вот я и подумала: вдруг все не так очевидно?! Вдруг здесь кроется набор инструкций, определенных подсказок, с помощью которых можно найти настоящие сокровища?!
– Монеты?
– Ну да.
– Женя, позволь спросить, а что тебя навело на эту мысль?
– Во-первых, как ни странно, информированность преступников! Вдруг они по каким-то причинам знают больше нашего?! Тогда о мизерной материальной ценности сегодняшней находки им тоже должно быть известно. Но мужчина, напавший в торговом центре, отчаянно хотел завладеть коробкой! Значит, может быть, она действительно ценна! Только мы пока не знаем, чем именно.
– А что во-вторых? – нетерпеливо запрыгала вокруг стола Катя.
– Этот кусок ткани! Сначала никто из нас не обратил на него особого внимания. Но сейчас я понимаю: тот, кто эту коробку прятал, вполне возможно, сделал не случайный выбор. И здесь кроется намек на дату или событие. Посмотрите сами: по ткани выбиты узоры из цветов, все это дополнено красивой серебряной вышивкой. Видите, вот с этой стороны ткань подрублена?! Этот клочок был вырезан из какой-то вещи. И она была дорогой и нарядной!
– А сама коробка и серебряные изделия? – торопливо ввернула Лера, глядя на сестру.
– Коробка самая обычная, я внимательно ее осмотрела. Двойного дна нет, гравировок или маркировок – тоже. Никакой информации или намеков. Теоретически раньше она могла служить тарой или упаковкой для чего-то. А вот в вещах, их сочетании вполне может скрываться некое тайное послание. Только мне его не понять. Эта задача, скорее всего, по силам Лере с Ниной и, может быть, еще Ольге.
– А я что же, дурочка? – надула губки Катя.
– Нет, такого я не говорила и даже не думала. Просто мы, благодаря клочку ткани, можем сделать одно обоснованное предположение: коробку спрятала ваша бабушка, Валентина. В семидесятых, может, в восьмидесятых годах. Согласны?
– Да, наверное.
– Конечно.
– И что с того?
