Пока девушки собирались и располагались на стульях и табуретах, которые мы с Ильей расставили на безопасном расстоянии от задержанного, я задумчиво рассматривала мужчину. Обычные, ничем не примечательные черты лица, светло-русые прямые волосы. И что Светлана в нем нашла, чтобы изменить мужу-красавцу? Да еще и так потерять от любви голову, чтобы не замечать ничего вокруг? Тут Анатолий руками, скованными наручниками, потрогал рану на голове, поморщился от боли, поднял на меня глаза и уставился в упор. Вот оно! Большие, обрамленные черными ресницами глаза, по-кошачьи зеленые и с таким же хитрым прищуром.
– Эй, красивая! Это ты меня по затылку огрела?
– Я! Скажешь, не заслужил?!
Он пожал плечами.
– Как-то это неспортивно, мадам.
– А то! – ничуть не смутившись, широко ухмыльнулась я.
– Дядя Толя?! – на кухню зашла Катя и, растерянно моргая, замерла на пороге.
Девочка уже знала, кого арестовали сегодня, обвиняют в попытке задушить мать и в остальных покушениях, но задержанного она еще не видела. И сейчас немного растерялась.
– Катюша, иди сюда, к нам, – негромко позвала Лера. Сестра обняла девочку, успокаивая, похлопала по плечу. Потом подвела к свободному стулу и усадила, продолжая обнимать за плечи.
– Девочки, я не хотел ничего такого, – пробормотал Анатолий, снова опуская глаза.
– А ведь девочки могли серьезно пострадать! – осуждающе покачала я головой.
– Взрыв не должен был мощным получиться. Я рассчитал.
– Может, мощность была и невелика. Но от трагических стечений обстоятельств никто не застрахован. Кого-то могло серьезно ранить осколком или даже убить. Это, по-твоему, спортивно? А портить тормоза в машине? Точно рассчитать, как, когда и при каких обстоятельствах произойдет авария, невозможно. И предугадать, насколько сильно пострадают водитель или его пассажиры, – тоже. А ведь у Валерии есть сын. А еще с ней в машине могли быть мать и сестра.
– Я только напугать хотел. Ну и надеялся, что вы друг на друга, на двоюродных сестер подумаете и отношения выяснять станете. А потом всплывет вопрос о поисках клада. Простите меня.
– Полагаю, ты просто хотел уменьшить число возможных наследниц Замкового Трофима, – сурово сказала я, – ну да ладно, не об этом сейчас, расскажи о своих притязаниях на клад. Как о нем узнал, почему считаешь, что имеешь равные с законными наследницами права, давай все с самого начала.
– Мой дед Константин Калашников.
– Что?!
– Как?!
– Муж Маши, не может быть?! – после небольшой паузы, вызванной всеобщим изумлением, раздались нестройные голоса.
– Девушки, имейте терпение! – шикнула на них я. – Ты хочешь сказать, что приходишься внуком Марии Замковой?! Старшей сестры Валентины?!
– Мы думали, что это невозможно. Мария молодой погибла, еще в годы оккупации Ростова-на-Дону фашистами. Она, конечно, была замужней женщиной, но о беременности обязательно знали бы родственники!
– Вы совершенно правы. Мария погибла. Дед себя до конца жизни винил в ее смерти.
– Она действительно погибла по его вине! – вспыхнула Лера.
– Девушки, не перебивайте! – снова вмешалась я. – Дайте человеку все спокойно объяснить.
– Хорошо, уже молчим, пусть говорит.
– Наверное, вы правы. Дед Костя был виноват. Он никогда не рассказывал эту историю в подробностях. Знаю только, что он имел обыкновение играть в карты с немецкими офицерами. Как-то возник конфликт, может, драка. Мария вмешалась, пытаясь защитить мужа, и ударила офицера. Дед вспоминал, что она была очень смелая, немцев считала захватчиками, перед которыми стыдно пасовать. Константина арестовали вместе с женой. Деду удалось бежать, а Марию расстреляли.
– Так, – сказала я, заметив, как вытянулись и сильнее побледнели утомленные лица моих подопечных, – давай ближе к делу. Вернее, кладу.
– Мария мужа очень любила. И несмотря на запрет отца, рассказала ему о спрятанных монетах. Но где конкретно находится клад, она сказать не могла, не знала. Константин после войны вернулся в Ростов. Правда, деду Трофиму на глаза не показывался, опасался, что старик станет обвинять его в смерти дочери. Константин женился, у него родилась дочь, моя мама. Она выросла, вышла замуж, и, как вы понимаете, родился я. Все эти годы дед помнил о кладе и мне рассказал. И о семье Замковых тоже все, что знал и помнил, сообщил. Ну, я и решил попробовать найти монеты. Сначала осторожно справки навел. Потом понаблюдал, пригляделся немного, потом познакомился с Георгием и Светланой. Устроить это было несложно. Быстро сообразил, что если они и знают о кладе, то не имеют представления, где его искать. Ну а дальше вы знаете. Со временем идея найти монеты и зажить другой, обеспеченной жизнью завладела мною полностью, так что я думать ни о чем больше не мог. Даже поселился здесь. Сначала на Светлану надеялся, потом, когда этот расчет не оправдался, хотел сам поискать. Побоялся, что подозрения вызову и Светка меня быстренько выпрет. И тогда я придумал план. Что из этого вышло, вы знаете и можете видеть итог. – Анатолий, демонстрируя, приподнял с колен руки, закованные в «браслеты».
