– Ну, за это тяжелое испытание. Ведь я могла вам запись и не показывать. Поверьте, решиться на это было трудно, но сделать необходимо. И может быть, поскольку изначально моими клиентами были Лера с Ниной, у вас может сложиться впечатление, что я действовала в их интересах. На самом деле это не так. Если человек способен на определенный поступок, он может повторить попытку, когда обстоятельства будут складываться определенным образом.
– То есть наша мать может попробовать нас ограбить, когда мы найдем клад?!
– Оля, я не способна предсказывать события. Может, это был одиночный порыв и больше он не повторится. Может, Светлана, поняв, что сделала ошибку, изменится. Как знать? Но когда человек предупрежден, он вооружен. И его сложно обмануть или застать врасплох. В этом я уверена на все сто процентов.
– Интересно, тяжело жить с человеком рядом и не доверять ему? – сквозь слезы горько усмехнулась Оля.
– Вы сильные девочки и, при поддержке сестер, обязательно справитесь. Подобные испытания только закаляют.
– Наверное, ты права.
– Оля, и еще одно…
– Боюсь даже спрашивать что.
– На каком-то этапе расследования я подозревала Марка. Так что негласно проверяла твоего жениха. И за это тоже прошу прощения.
– Мне и о нем тоже нужно что-то знать?
– В этой истории он не был замешан абсолютно. И сейчас действительно ухаживает за болеющей бабушкой.
– Хорошо. И спасибо за честность. Ты права, узнать такое о матери было больно, но необходимо. Я долгие годы верила ей безоговорочно и жила с закрытыми глазами. Женя, скажи еще одно. Как ты думаешь, мама была замешана в отравлении отца?
– Ты же слышала запись: она ничего не знала. А есть ли в этом событии доля ее вины, решай сама. Кстати, об убийце вашего отца. Я присутствовала на всех допросах и думаю, изначально даже сам Анатолий не планировал убивать. Он хотел устроить отравление, чтобы устранить Георгия на время. Может, отправить соперника на больничную койку. Вот и добавил в водку технический спирт. А печень вашего отца была ослаблена и начала разрушаться, не справившись с токсином.
– Его могут переквалифицировать в «убийство по неосторожности»? – уточнила Нина. – Ведь это совсем другая статья.
– Нет. Умысел все равно налицо. И доказательства имеются – Анатолий сам об этом на записи говорит. Так что нет. Справедливого наказания ему не избежать.
Повисла долгая пауза. Девушки думали, каждая о чем-то своем.
– Но мы же продолжим клад искать?! – неожиданно почти выкрикнула Катя. – И обязательно найдем и разбогатеем! Правда, девочки?!
– Конечно! – восторженно подхватила Нина.
– Все места проверим! Или разгадаем тайну бабушкиного загадочного послания. Ну, если там все же таится послание, – добавила Катя, – иначе зачем было все это прятать?!
– Теперь я должна кое в чем покаяться, – призналась Валерия.
– Любопытно…
– И в чем же?
– Это я спрятала ту коробку, – неожиданно выдала молодая женщина и, смущаясь, густо покраснела.
– Как же так?! Женя, ты же целую теорию развила: ткань пожелтела, в семидесятых годах произведена, и так далее!! – возмутилась Нина.
– Я не знала ничего! Честное слово!
– Женя не догадывалась. Никто не догадывался. Главным образом потому, что коробка с моими детскими «богатствами» пролежала в стене почти три десятилетия, – грустно усмехнулась Лера.
– Как это?
– Кажется, я уже упоминала, что была развитым, любопытным ребенком. А еще я очень много читала и практически все подряд. Как говорила мама, запоем. Кроме того, я была увлекающейся натурой и однажды прочла несколько книг подряд, посвященных приключениям кладоискателей. И просто заболела этой темой. Особенно сильное впечатление на меня произвела повесть «Судьба таинственного клада». Честное слово, я даже переписывала из этой книги цитаты в блокнот и постоянно ее перечитывала. Так что мама испугалась не на шутку и спрятала книгу на антресолях.
– А ты что?
– Я все равно нашла, мама никогда не умела хорошо прятать. И опять ее читала. Честно! Сама не могу объяснить, почему меня так замкнуло на этой книге. Если бы я была современным ребенком, боюсь, психологи поставили бы мне какой-нибудь мудреный диагноз или определили синдром.
– И тогда ты решила спрятать свой «клад»? – догадалась я.
– Точно! Родители делали капитальный ремонт. Часть стены в спальне обвалилась, и ее должны были заштукатурить. Я приготовила свой «клад», спрятала в стене накануне работ и бдительно следила, чтобы его случайно не обнаружили. Какое-то время мысль о тайне и «кладе» меня сильно будоражила. А потом все забылось, и коробка, разумеется, осталась в стене.
– А ткань? Что это была за ткань?
– Обрезок от свадебного платья мамы. Она дала сама, с куклами играть. И в детстве мне эта ткань казалась сказочно красивой!
– Точно! – воскликнула Нина. – А я-то понять не могла, что она мне напоминает! Мамино платье на свадебных фото!
– Это понятно. Но когда мы радовались, что нашли что-то ценное, когда Женя высказывала сомнения и мы решали ехать к оценщику, ты могла сказать, что это твоя коробка родом из детства?! – возмутилась Оля. – Ты же должна была ее узнать?!
