– М-м-м! – простонала моя партнерша по пляскам. – Всегда считала, что нет на свете никого хуже мужика, который меняет носки раз в год. Но теперь знаю, ужаснее него – Ваня-зануда! Шевели колесами! Врача зовут Модест Карпович!
Я старательно поскреб макушку и нажал на педаль газа. Дорога заняла пятнадцать минут. В кабинете я увидел милого старичка. Тот ласково проговорил:
– Садитесь, батенька! Позвольте задать несколько вопросов. Вы с Елизаветой – танцевальная пара?
– Да, – подтвердил я.
– Других отношений между вами нет? – прищурился дедушка.
– Нет, конечно, – ответил я.
– Разрешите сделать осмотр?
Я кивнул.
Минут через десять божий одуванчик вернулся за стол и заговорил:
– Объясню вам свои размышления. Лизочка сказала, что зуд сначала напал на вас и лишь потом перебрался к ней. Интимных отношений у вас нет, но во время танца вы тесно соприкасаетесь. Елизавета репетировала и работала в своем личном костюме, который она носит во время выступлений в ансамбле. А вам костюм взяли напрокат. Все верно?
– Да, – подтвердил я.
Дерматолог горестно вздохнул.
– Батенька, случай классический. Не хочется вас огорчать, но придется.
Я ощутил, как ледяная рука сжала мой желудок.
– Говорите. Что со мной?
– Только не нервничайте, – попросил старичок.
Если хотите довести человека до нервного срыва, от всей души пожелайте ему душевного спокойствия.
– Сейчас можем вылечить все, – бойко произнес дедуля. – Но диагноз неприятный. Сделайте вдох, задержите дыхание, а когда услышите плохую правду, выдохните.
Перед моим внутренним взором распростерлось кладбище. Осень. Отвратительная погода, моросит нудный дождь. Несколько полупьяных мужиков опускают на веревках в могилу простой дощатый гроб, на нем табличка: «Иван Павловичь Падушкин. Пакойся с миром». У ямы плачут Гриша и Аня, слезы текут из глаз Демьянки, которая держит в зубах котенка. Раздается грохот – алкоголики не удержали домовину, та рухнула в могилу…
И тут в мои уши влетел голос дедушки:
– Многоуважаемый Иван Павлович, у вас блохи!
Я вздрогнул.
– Кто?
– Блохи, – повторил дерматолог. – Такие маленькие паразиты.
– Но я же не принадлежу к роду Canis, семейство псовые, – только и сумел ответить я. – Модест Карпович, вы ошиблись.
– Душа моя, – нежно пропел хозяин кабинета, – блохи не живут на людях. Вы правы, они предпочитают густую теплую меховую среду. Но они могут устроиться в коврах, на одежде, вылезают, чтобы попить кровушки человека или животного, и опять возвращаются в свой дом. Вы ведь брали напрокат костюм для танца.
– Да, – подтвердил я, – у косоворотки был воротник из меха и такие же манжеты.
– Что и требовалось доказать! – обрадовался Модест.
Я вспомнил дежурного, который объяснял мне, как пройти туда, где выдают костюмы. Он меня предупредил насчет их обработки, но рубаха и брюки так воняли бензином, что я подумал, они побывали в химчистке.
Из кабинета я вышел, едва переставляя ноги. Ко мне кинулась Лиза с вопросом:
– Ванечка, что у тебя?
– Я носитель блох, – выпало из моего рта.
– Фигня! – рассмеялась девушка. – Я тоже. Ну что, поехали?
– Куда?
– В дезкамеру! Я договорилась уже. Там бомжей обрабатывают.
Я вздрогнул. Ну и ну! Дожил ты, Иван Павлович, до чести побывать в вошебойке!
Лиза взяла меня за руку.
– Ваня…
– Лучше отойду подальше, – испугался я и шарахнулся в сторону.
Елизавета расхохоталась.
– Ванечка, так я тоже уже с блохами! Вместе плясали – вместе облошились!
Я хотел было сказать, что глагола «облошиться» не существует, но промолчал.
– Ваня, – тараторила Лиза, – стать домом для паразитов, конечно, не очень приятно, в особенности такому настоящему джентльмену, как ты. Я уже поняла, что тебе трудно даже сказать дураку, что он дурак. Но я никому-никому, никогда-никогда не расскажу о том, как мы, словно две дворовые собаки, побывали в вошебойке! А для нашего следующего выступления купим тебе личный костюм!
Я кивнул.
– Согласен со всем, что ты сказала, кроме одного пункта.
Елизавета остановилась. Я тоже притормозил.
– Ты считаешь, что интеллигентный человек не способен сказать дураку, что он дурак?
– Да, – кивнула танцовщица.
Я улыбнулся.
– Нет! Краткое определение интеллигентного человека таково: он очень хочет дать кому-то в глаз, но сдерживается и радостно улыбается всему миру.
Спасибо за выбор нашего издательства!
Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.
