— Только поосторожнее, милый!
— Вот дьявол! Нам что, поговорить больше не о чем?
После визита в один из своих банков — для пополнения карманов наличностью — Кройд поймал такси и вскоре уже подъезжал к сооружению, приютившему юридическую контору Леттема. Сочиняя накануне предлог для визита, он постарался изобразить себя эдаким встревоженным толстосумом, который теперь прибыл вот нечаянно на целую четверть часа раньше назначенного. При входе в приемную он ощутил вдруг легкую дурноту, но уже через мгновение совладал с собой. Похоже, тесное общение с Вероникой не проходит бесследно и может принудить к приему медикаментов несколько раньше обычного.
Кройд представился секретарю, уселся и покорно листал журналы, пока не услышал:
— Мистер Смит! Мистер Леттем готов выслушать вас.
Кивнув, Кройд поднялся и прошел в следующую дверь.
Леттем, демонстрируя элегантного покроя серый костюм, моментально поднялся, вышел из-за стола и протянул гостю руку. Ростом несколько ниже Кройда, он всем своим благородным обликом излучал искреннее радушие.
— Не угодно ли будет присесть, мистер Смит? — подтвердил он впечатление первой же фразой.
— Нет, благодарю,— отказался Кройд, не желая слишком затягивать визит.
Леттем недоуменно воздел бровь, но сам все же уселся.
— Как вам будет угодно,— хмыкнув, сказал он.— Почему бы нам тогда не перейти прямо к делу?
— Потому что никакого дела нет. Все, что меня интересует, это чуток информации.
— Вот даже как?!
Вместо продолжения разговора Кройд внимательным взглядом обвел офис, затем неприметным змеиным движением выхватил из-под носа хозяина пресс-папье зеле-новато-оранжевого камня и сдавил в кулаке почти что у того над головой. Последовал короткий треск, и на письменный стол потекла струйка оранжевой пыли — самоцвета больше не было.
Выдержка Леттему не изменила.
— Какого рода информация вас интересует? — любезно осведомился он.
— Вы работаете на новую шайку,— констатировал Кройд,— которая пытается прижать мафию и уже наехала на нее.
— А, так вы, вероятно, по поручению Министерства юстиции?
— Нет.
— Из офиса прокурора округа?
— Я не легавый,— откликнулся Кройд,— а также не из прокуратуры. Просто некто, требующий ответа.
— На какой же вопрос?
— Кто главарь этого нового клана? Вот и все, что нужно узнать.
— А для чего вам это?
— Скажем, некто желает встретиться с упомянутой таинственной личностью.
— Весьма любопытно,— заметил Леттем.— Вы хотите доверить мне организацию подобной встречи?
— Нет, хочу лишь узнать имя главаря.
— Quid pro quo[17],— заметил Леттем,— Что же вы предлагаете взамен?
— Солидную экономию на счетах от хирургов, ортопедов и психотерапевтов,— отрезал Кройд,— Вы, адвокаты, собаку съели в подобных делах, не так ли?
Леттем улыбнулся снова, но улыбка на этот раз вышла несколько натянутой:
— Убейте меня — вы покойник, ударьте меня — вы покойник, пригрозите — и вы опять же покойник. Ваше эффектное маленькое шоу с камнем мало что значит. За нами тузы с такими способностями, что для них и слов-то в языке пока не придумано. И вы еще смеете мне угрожать?
Кройд ответил улыбкой — лучезарной и искренней:
— Я довольно скоро умру, мистер законник, но лишь затем, чтобы возродиться вновь и в совершенно ином обличье. Я пока вовсе и не собираюсь вас убивать — мысли такой не было. Но в предположении, что ваши друзья позднее смогут прикончить человека, который собирается сейчас всего лишь развязать вам язык, пусть даже силой,— человека, которого вы видите перед собой,— разумного мало, такое предположение лишено практического смысла. Этот человек, то бишь я, вскоре попросту покинет сей бренный мир. Я — это непрерывная цепочка эфемеров, мой нынешний вид — своего рода мотылек-однодневка.
— Стало быть, вы — Дремлин?
— Совершенно верно.
— Теперь я и сам это вижу. А как вы полагаете, что станется со мной, если я дам требуемые вами сведения?
— Ничего. Кто же узнает об этом?
Леттем вздохнул:
— Вы ставите меня в чрезвычайно затруднительное положение.
— Так мною и было задумано...— Кройд глянул на часы,— К сожалению, у меня весьма жесткий график. Мне уже минуты с полторы назад следовало перейти к более суровым и весьма, весьма, увы, неприятным для вас мерам. А я все миндальничаю. Порою так хочется представиться деликатным человеком. Так как же мы все-таки поступим, советник?
— Я удовлетворю ваши пожелания,— сдался Леттем,— но лишь потому, что не нахожу в этом ни на йоту ущерба для своих клиентов.
— В самом деле?
