Охотно копили талеры польские и украинские феодалы. Например, украинский гетман Самойлович, как рассказывает Величко, имел 22 855 «талеров битых». Для конца XVII в. это была не такая уж большая сумма. Летописец даже удивляется ее скромности и намекает на то, что, возможно, часть талеров разворовали при обыске слуги Мазепы, ставшего после Самойловича гетманом.
В многочисленных украинских монетных кладах XVII в. талеры встречаются очень часто. По данным кладового материала, широкое обращение этих монет начинается с первого десятилетия XVII в., когда по украинским землям распространились талеры Голландской республики и талеры Нидерландов под властью Испании (точное название первых — риксдальдеры, вторых — патагоны, но мы везде для удобства пользуемся собирательным термином «талер»). Любопытно, что подлинные испанские талеры (монеты стоимостью в 8 реалов) находят на Украине довольно редко (табл. XI,
После голландских и нидерландских талеров чаще всего встречаются на Украине талеры Брауншвейга, Саксонии, а также Германской империи (городов Кампена, Любека, Кельна, Аугсбурга). Среди талеров других стран следует отметить швейцарские (в основном кантона Сен-Галлен). Польские же талеры — нечастые гости в украинских кладах. Это и не удивительно, ведь Речь Посполитая с ее всегда стесненным финансовым положением не могла систематически и в значительном количестве выпускать такие большие высокопробные монеты, отдавая предпочтение мелким и низкопробным.
Стоимость талера на рынке непрерывно увеличивалась, поскольку более мелкие монеты становились легче, а их серебро — хуже. Талеры же в течение XVI―XVII вв. и частично XVIII в. оставались почти неизменными как по весу, так и по стоимости металла. Недаром на рынке эти монеты охотно принимали и в XVI, и в XVII в. Если в 1528 г. талер оценивался в 30 грошей, то через 100 лет — в 90 грошей. Вот как испортился польский грош за это время!
Понятно, что в XVII в., когда мелкие деньги непрерывно падали в цене, должен был быть какой-то постоянный эквивалент денежной стоимости, с которым сравнивали бы другие монеты. Таким эквивалентом неминуемо должен был стать талер, поскольку, кроме него, не было другой серебряной монеты, которая в течение столетий сохраняла бы неизменной высокую пробу металла и постоянный вес. Так талер стал счетной единицей. На талеры пересчитывали различные мелкие монеты. В письменных источниках часто встречаются записи наподобие такой: долг составлял «талеров сто доброй монеты, чехами» (полуторагрошевиками. —
Наряду с талерами в актовых книгах, купчих и закладных документах, в казацких летописях, переписке и других письменных источниках XVII в. упоминается еще один тип больших серебряных монет — левы. Величко рассказывает, что в 1648 г. крымский хан преподнес Богдану Хмельницкому подарки немалой стоимости: «Все тогдаж шацовано (оценено. —
Автору этой книги довелось познакомиться с описанием почти всех украинских кладов того времени. Обнаружилось, что на приблизительно полторы тысячи кладов XVII — первой половины XVIII в. на Украине зарегистрировано лишь один-два случая находок турецких пиастров. А это значит, что их не было и на тогдашнем украинском рынке.
