Это, безусловно, очень интересная история, и многие свято верят в ее истинность. Беда лишь в том, что некоторые ученые ознакомились с испанскими военно-морскими архивами и установили, что на «Флоренции» не было никакого золота и она благополучно вернулась в Испанию после разгрома Армады. Однако на дне гавани Тобермори действительно лежит какой-то старый корабль, или даже несколько кораблей. Во всяком случае экспедиции, искавшие там затонувшие сокровища, нашли пять бронзовых пушек, чугунные ядра и несколько старинных монет. Возможно, это был другой корабль Армады, «Сан Хуан Баптиста», на котором, согласно архивным материалам, также не было золота.
Что же касается «сокровища» Тобермори, то оно стало наследственной задачей поколений герцогов Лргайлей: каждый новый герцог пытался овладеть фамильным кладом, на который им дает право принадлежащий дому Аргайлей титул «Адмирал Шотландии». В XVII веке один водолаз нашел на этом затонувшем корабле три пушки, а в 1730 году второй из герцогов Лргайлей лично спустился к кораблю в водолазном колоколе и обнаружил еще одну пушку и несколько монет. Тогда герцог Йоркский, «Адмирал Англии и Шотландии», предъявил свой патент, дававший ему право от имени короны «заботиться» обо всех кораблях, затонувших в британских водах, и вокруг гниющих останков корабля разгорелся ожесточенный юридический спор. Вальтер Скотт встал на сторону Аргайля и посетил Тобермори, чтобы ознакомиться с местным колоритом. «На корабле работали водолазы, — писал он Роберту Сэртису. — Рыбаки показали мне место, где лежит галеон, и сказали, что с него подняли много драгоценностей и несколько медных пушек».
Герцог Аргайль выиграл спор, доказав, что корабли, затонувшие у берегов Шотландии до 1707 года, когда Англия и Шотландия подписали «Акт об объединении парламентов», принадлежат Аргай-лям, а корабли, затонувшие после этого, являются собственностью Йорков.
В 1902 году «Флоренция» вновь привлекла к себе внимание кладоискателей: с корабля было поднято несколько шпаг, пятьдесят золотых дукатов и еще одна пушка.
В 1903 году в городе Глазго был создан специальный синдикат по подъему сокровищ «Флоренции». Собрав большую сумму денег и получив у Аргайлей на довольно льготных условиях согласие на проведение водолазных работ, синдикат приступил к осуществлению своего грандиозного плана. Работами руководил один из опытных специалистов водолазного дела — капитан Вильямс Бернс.
После того как паровой землесос «Силайт» прорыл траншею, водолазы извлекли на поверхность (помимо ржавых железных обломков, каменных балластин и чугунных ядер) два циркуля, золотые кольца и несколько монет. Все это распродали с аукциона в Глазго.
Спустя три года тот же синдикат, получив более мощный земснаряд «Бреймар», поднял с «Флоренции» пушки, большой серебряный подсвечник, несколько старинных ружей и около сотни золотых дукатов.
В 1912 году испанскими сокровищами заинтересовался английский полковник Фосс, которому посчастливилось поднять пару золотых пиастров и несколько металлических продолговатых пластин. Оказалось, что это чистое олово.
Вскоре первая мировая война прервала работы…
К 1922 году в Тобермори побывало уже около пятидесяти экспедиций, и общая стоимость всех ценностей, поднятых с корабля за три столетия, составила триста пятьдесят фунтов стерлингов.
Прошло тридцать лет. Залив Тобермори, видавший на своем веку тысячи кладоискателей с их хитроумной техникой, увидел еще одного, золотодобытчика. Пятидесятитрехлетний Иоан Дуглас Кэмпбелл, отпрыск одиннадцатого колена рода Маклинов, решил, дабы не нарушать традиции рода, внести свое имя в список кладоискателей «Флоренции».
Руководителем подводных работ был назначен английский капитан Леонэль Крэбб, один из самых известных водолазов Англии.
Газеты с нетерпением ждали результатов…
Вскоре в Тобермори прибыла группа водолазов лондонской компании «Андеруотер сервейс» с плавучей базой, переделанной из старого танкодесантного судна. После того как эхолотом было «прощупано» дно бухты, глубина которой в среднем составляет 50 футов, было решено обследовать возвышение на дне, находившееся всего в ста пятидесяти ярдах от городской набережной. Экспедиция применила метод, принятый и археологии: поперек возвышения рыли траншеи при помощи большого ковша, который приводился в движение тридцатитрехтонным краном, установленным на судне. На палубе содержимое каждого ковша промывали мощным брандспойтом. После того как обследовали очередную порцию, бульдозер сталкивал ее в море.
За несколько недель такой кропотливой работы обнаружили… чугунное ядро да несколько листов олова. После этого Иоан Дуглас Кэмпбелл свернул свое предприятие.
Трудно сказать, во сколько обошлась организация всех подводных экспедиций на «Флоренцию», но, во всяком случае, издержки наверняка перекрывают стоимость этого мифического древнего клада.
Другой манящий отблеск золота, погребенного в темных морских глубинах, мерцает на северозападе Испании над знаменитыми «галеонами бухты Виго».
