– Полетт, только очень тебя прошу: будь предельно осторожна! Я очень боюсь за тебя, дочка. – Ариша вздохнул и принялся усердно мешать ложечкой свой чай.
Я посмотрела на деда. Иногда он называл меня дочкой и, думаю, имел для этого основания: вот уже почти полтора десятка лет он был мне вместо отца.
Мы посидели с дедом еще какое-то время, выдули по две чашки чая, потом я посмотрела на часы. Время было позднее, и я отправилась готовиться ко сну: ведь завтра мне снова в институт.
На другой день мы с Алиной, прохаживаясь по длинным институтским коридорам, услышали, как девчонки из группы Виссариона шептались, что их «большой» мальчик теперь не такой уж большой и великий: его папочку сняли с должности!
На следующей перемене мы увидели, как группа задиристых парней начала задевать Виссариона довольно жесткими шутками.
– Эй, Сари, – крикнул один бойкий парнишка, – а твой папаша еще не все Доски почета в городе раскрошил своей монтировкой? Ты ему скажи: в Парке Победы есть еще одна целая…
Все засмеялись. И тут же другой парень крикнул:
– Сари, твой папуля теперь – знаменитый артист! Видели мы его в одном кино в Интернете! Может, он скоро «Оскара» получит за лучшую роль бешеного гибэдэдэшника?
Теперь все ребята вокруг просто покатились со смеху. Я заметила, как Виссарион мгновенно покраснел. У него сжались кулаки. Я незаметно достала свой мобильный и включила камеру. Виссарион тут же кинулся на парня, сказавшего последнюю фразу, и ударил его кулаком в лицо. Тот оказался не робкого десятка и ответил нападавшему. Завязалась драка. Я заметила, как многие другие студенты тоже стали снимать все на камеры мобильников. Некоторые, в основном девчонки, кричали, требуя, чтобы драку немедленно прекратили, что они сейчас позовут кого-нибудь из преподавателей. Другие, в основном пацаны, напротив, кричали: «Давай, Леха, наподдай ему!.. Врежь этому папенькиному сыночку!.. Мочи гибэдэдэшников-сталинистов!..» Я поняла, что «болеют» все совсем не за Виссариона. Один только Лавр, верный друг «крутого пацана», бегал вокруг дерущихся и морально поддерживал своего корефана. Он что-то кричал Кинделия-младшему, но что именно, было трудно разобрать в общем гуле.
Наконец появился кто-то из мужчин-преподавателей, довольно крепкий на вид мужичок, потом подбежал охранник с первого этажа, сидящий при входе. Как видно, все-таки кто-то сбегал за ним. Они начали разнимать дерущихся, хотя Кинделия даже сейчас все еще пытался ударить в лицо своего обидчика. В запарке он задел охранника по носу, у того пошла кровь. Последний достал резиновую дубинку из-за пояса, но никого не ударил, а только замахнулся на Виссариона. Это несколько охладило пыл молодого бойца. Драчунов скрутили и повели куда-то по коридору. Студенты зашептали: «К ректору! К ректору!.. Ну, все, теперь начнется!..»
В это время прозвенел звонок, толпа разошлась по аудиториям, казалось, все немного успокоились.
Я убрала мобильник в сумку.
– Ну, что, Алина, пошли! Думаю, мы здесь свое дело сделали.
– Как?! Мы сюда что, больше не придем?
– Думаю, нет.
Мы двинулись к выходу.
– Полина, а знаешь, мне даже понравилось быть студенткой. Главное, ты – в институте, а на лекции ходить не надо, и к практике готовиться тоже. И вообще студенческая пора – это здорово! Я уж не говорю про здешних симпатичных пацанов. Эх, было бы мне сейчас хотя бы двадцать два!..
Через пару дней соседка Алины, та самая словоохотливая девчонка, которую мы встретили в институте, рассказала ей, что возле учебной части на доске объявлений появился приказ об отчислении студента пятого курса такой-то группы Кинделия В. И. Когда Алина позвонила мне и рассказала об этом, я, в общем-то, не удивилась: результат того инцидента был вполне предсказуем. Виссарион потерял прикрытие в лице своего начальственного предка и теперь мог рассчитывать только на себя.
Я тут же перезвонила Ярцеву и рассказала ему об отчислении Кинделия-младшего из института.
– И это на последнем курсе! – усмехнулся Антон. – Что ж, поделом! Он от злости теперь небось готов поубивать всех вокруг. Полина, а мы что будем делать?
– Будем продолжать вводить Виссариону «прививку от бешенства». Я думаю теперь подкинуть ему на работу запись драки в институте. Как ты считаешь, Антон, руководство фирмы предпримет хоть какие-то действия в отношении своего сотрудника?
– Если фирма солидная, думаю, его просто уволят. Кто захочет иметь в штате такого драчуна? К тому же все теперь знают, что он с папой не в ладах, то есть прежней защиты у него уже нет.
– Ну, вот этим и займемся! – сказала я и положила трубку.
