— Есть один вариант, — неприязненно поморщился я. — Это не жильё. Это резервация. Лагерь для людей, которые остались без нейрочипов. Поэтому на их головах шлемы, а в шеях нет схем. Обычные люди, которые предпочли отдать себя во власть техносов и жить в иллюзиях.
— Они сдались? Но почему?
— Не знаю и не хочу знать. Лучше давай поищем вход.
«Будь аккуратнее, за стеной множество действующих сигналов разного уровня интенсивности. Кажется, значительная часть заражённых всё ещё жива».
Стена шла по кругу, достаточно прочная и достаточно большая, чтобы не было иллюзий о возможности её преодоления, несмотря на повреждения. Когда-то её знатно потрепало. Трещины от снарядов сменялись оплавленным бетоном и выбоинами от рельсовых орудий. Я уже видел подобное на Несокрушимой, и оттого происходящее приобретало ироничный оттенок.
Война разыгралась здесь не на шутку. Судя по оставшимся спустя века шрамам и обломкам техники, с кем бы ни сражались заражённые — нападающие оставили лишь разрушение, и ни следа собственного присутствия.
Вот навсегда замерший танк с оплавленным наполовину корпусом, вот странная машина, от которой остались только остов да трубки направляющих из нержавеющей стали, которая тем не менее уже рассыпалась, отслаиваясь коричневыми чешуйками. Наспех возведённые блиндажи и укрепления, заваленные чем-то, в чём до сих пор угадывались останки и кристаллизованные кости…
И никаких следов от нападающих. Ни техники, ни скелетов, ничего.
«Не туда смотришь», — поправила меня Сара и сдвинула объектив дрона так, чтобы захватить несколько зданий целиком. И только отказавшись от предрассудков, от привычного виденья мира, я сумел понять, что застрявший между обломками зданий остов был некогда скелетом.
Гигантским, в пять этажей в высоту и десяток в длину, толщиной не меньше пары метров, а в лобовой проекции и все три. Учитывая, что животные материалы, та же паутина, может быть в несколько раз прочнее стали того же сечения, сложно было представить, что могло пробить, а затем и убить прущего на врага жука-титана.
И всё же вот его останки. А перед ним в нескольких сотнях метров расплавленный танк. Вероятно, таким монстрам стена была по колено, им даже не было нужды её ломать, чтобы проникнуть внутрь. Но оглядевшись, я не нашёл большого количества таких остовов. Два, максимум три, если считать нечто выглядывающее из-под обломков.
— Здесь прошла последняя схватка между биотехнологиями и технологиями привычными, — сделал я вывод. — И похоже, проиграли все.
— Но ты же сам сказал, что за городом есть лес. Значит, природа выиграла.
— Она выжила. «Выиграла» в данном случае — не то слово. К тому же какая нам разница, если не осталось людей?
— Бедствия не приходят оттуда, где люди остались людьми, — тихо проговорила Ольга, прижимаясь ко мне. — Разумные — были, но доброжелательные или просто люди — никогда. Каждый раз это испытание.
— Сотни лет подряд… циклов, — поправился я, не сильно отвлекаясь от дороги и поиска других останков. Сара старательно отмечала маршрут вездехода, хотя следы гусениц прерывались. Но через пятнадцать минут это стало неважно. Благодаря дрону мы отследили единственный вход на ближайшие десятки километров.
— Что случилось? — удивилась Ольга, когда я отвернул от стены и притормозил возле ближайших развалин.
— Ворота в полукилометре. Но они охраняются. Нужно подготовиться, проверить оружие…
«Мы сможем проехать, не вступая в схватку?»
«Низшие и младшие должны попасть под влияние Хозяина почти со стопроцентной вероятностью».
«Почти?» — недовольно переспросил я, загружая гранулированный уголь в топку. Вода из котла и пароперегревателя шла в конденсатор-охладитель и почти не тратилась, а в качестве топлива можно было использовать всё, что горит.
«Если в воротах не будет старшего или высшего, мы проедем без проблем. Но советую не торопиться. Радиус действия способности в туннеле увеличится незначительно. Взлом требует некоторого времени. Хочешь попробовать собрать наниты?»
«Если мы начнём жатву сейчас, можем нарваться на кого-то сильного. Вначале вытащим людей, а потом уже всё остальное».
— Ты готова? — обратился я к Ольге, одновременно досылая патрон в ствол.
— Будем прорываться с боем? — чуть подняв бровь, спросила девушка, и дождавшись моего кивка, затянула ремешок шлема. — Готова!
— Ну, поехали. Прижмись ко мне и старайся не привлекать внимание, — проговорил я, вновь разгоняя мотоцикл.
Въезд в туннель встречал нас толпой бесцельно шатающихся или покачивающихся на одном месте заражённых. Я выехал из-за развалин осторожно, на минимальных оборотах маховика, стараясь не шуметь. Но рука нет-нет да тянулась к пушке, которую я перевесил на грудь.
Когда до ворот оставалось меньше двухсот метров, стали видны последствия недавней схватки. Трупы техносов, вдавленные в бетонные плиты гусеницами вездехода, валяющиеся тела с прострелянными шеями и оторванными головами. Похоже, экспедиция прорывалась с боем.
