— Хорошо, что ты это понимаешь. Плохо, что не видишь за внешней политикой работы простых людей в клане. Кто снабжает кухню? Какие закупочные цены? Что можно добавить к учителям? Можно ли нанять специалистов не из клана, а например, из инквизиции? — начал перечислять я, и с каждым вопросом девушка хмурилась всё больше. — Как насчёт дополнительных поставок имперских патронов и брони?
— Нам нечего предложить, кроме места при дворе, безопасности и верной службы Императору… или ты предлагаешь оставить башню?
— Ни в коем случае, — сразу предостерёг я. — Сталинская высотка — ваше достояние, статусная вещь. Она привлекает не только внимание, но и сторонников. А там может и клан за её счёт немного оживёт. Главное — правильно поставить цели.
— И как же их нужно поставить? Есть предложения?
— А ты ко мне в самом деле готова прислушаться?
— Ты… я тебе доверяю. Ты спас мне жизнь и делал это не для того, чтобы получить какую-то выгоду, — чуть помявшись, ответила Ольга. — Как и должен был вести себя настоящий мужчина. А они…
— Они заботятся о своих семьях. И это тоже по-мужски. И о клане, как большой семье, — возразил я. — Так что не суди их строго. Только это застилает им глаза, меняет приоритеты. А у главы рода не может быть личных предпочтений.
— А сам-то ты смог бы придерживаться такой позиции? Отстраниться от личного ради кланового? — ехидно усмехнувшись, посмотрела на меня Ольга. — Я же видела, как на тебя смотрела та девка…
— Инквизитор, которая меня кинула в камеру? — улыбнулся я.
— Именно! И ты на неё тоже смотрел, и не раз.
— Что я слышу? Ревность?
— Нет! При чём здесь… — нахмурившись, Ольга отвернулась.
— Да уж, так мы каши не сварим. Особенно после того, как ты сказала, что я для тебя всего лишь возможный осеменитель.
— Ты никогда не станешь членом клана, — неожиданно ответила девушка, вздёрнув носик. — У тебя свой путь и свой дух. А Борзая не потерпит конкуренции.
— А вот это стоит обсудить. Учитывая, что нам как раз осталось идти пятнадцать минут. Я тут выяснил, что, как барон, должен подчиняться каким-то там князьям. Естественно, у меня есть договорённости с Филиновыми и орденом. Но это не значит, что не нужно иметь запасной вариант, так чтобы через твою голову никто не мог меня достать. Кроме Императора и совета.
— Мы солдаты человечества, пойдём, куда прикажут, — ответила Ольга, помотав головой так, что волосы разошлись веером.
— Хочешь сказать я — нет? У меня никогда не было проблем с субординацией, просто теперь я хочу выбрать, кто именно будет старшим.
— И тебя не смутит, что старшей буду я?
— Ты меня, наверное, неправильно поняла. Но мне объяснить несложно. Ты слышала речь Императора. Хочешь поставить её под сомнение?
— Что? Нет, конечно! — возмутилась Ольга.
— Ну вот и отлично. Рано или поздно я стану князем и создам свой клан. И если прежде я буду подчиняться кому-то другому, кто станет ниже меня, или вровень, это породит множество проблем и взаимных обид, — пояснил я. — У меня уже есть больше, чем у остальных. Дух, артефакты, знания. Я предлагаю тебе равноценный союз.
— Пусть ты теперь и дворянин, но всего лишь барон. А я, пусть ещё и не великая, но всё же княжна. О каком равенстве может идти речь?
— Барон я временно. Ты сама слышала, — ничуть не смущаясь, пожал я плечами. — А что насчёт второго — кажется, у вас достаточно распространены поединки, и если хочешь, можем выяснить, кто сильнее в схватке.
— В большинстве случаев ты говоришь разумные вещи, но потом как предложишь что-нибудь… — покачала головой Ольга. — У меня величайший дар Борзой, я могу победить тебя одним движением.
— Ну, того чемпиона всё же прикончил я, хоть и не без твоей помощи. Скажешь везение? Но удача — это тоже часть любого бойца.
— Нет, скажу, что во время поединков нельзя использовать огнестрельное оружие. Ты отличный боец, но наша схватка не станет честной. И ты проиграешь.
— А знаешь, это даже становится интересно. Как думаешь, если я одержу победу, твой дядя и прочие родичи перестанут воспринимать меня как чужака?
— Нет, но перестанут считать тебя выскочкой и обузой. Вот только я не стану тебе поддаваться, а значит, ты не победишь!
— Хмм… мне с каждой секундой всё больше нравится эта идея.
— Ты меня вообще не слышишь? О каком союзе может быть речь, если ты не собираешься воспринимать мои слова?
— О союзе равных. В котором у тебя будет шанс сформировать собственный совет старейшин, с минимальным количеством отклонений, — улыбнулся я, прокручивая сценарий в голове. — Как тебе такой вариант: любой желающий попасть на место в совете будет сражаться со мной, выбирая оружие по нраву. И если проиграет — лишь от твоего желания будет зависеть, войдёт он в совет или нет.
— А тебе это зачем? Просто любишь подраться и хочешь, чтобы тебе начистили морду лица? — с сомнениями спросила княгиня.
— Если я одержу больше половины побед, или заставлю их обратиться к тебе за помощью, то войду в совет в качестве одного из старейшин. Ты не сможешь отдавать мне приказы, но и другие князья мне, как твоему старейшине, будут не указ.
— И на какое же ты хочешь место? В чём ты хорош?
