В следующие пять минут все оставшиеся дирижабли выдвинулись на поле боя. Они держались на максимальной высоте и, маневрируя, скидывали на противника бомбы и зажигательную смесь. Учитывая, что это были некорректируемые боеприпасы, с точностью выходило не слишком хорошо, но внимание они на себя отвлекли.
Оставалось сделать нашу работу. Пушку охлаждали изнутри и снаружи, снаряды впихивали заранее, а вот наводиться и стрелять приходилось в самый последний момент. Как только я видел брешь в обороне твари, туда улетал бур, пронзая небеса и обрушиваясь на тварь словно молния Зевса. Пара секунд на углубление и заряд взрывчатки в замкнутом пространстве, наполненном ядовитыми соками, наносил колоссальный урон.
На четвёртый раз тварь поняла, что происходит, и перестала тянуть повреждённые щупальца на себя, из-за чего существенно замедлилась, но не остановилась.
После пятого она оставила в покое дирижабли и полностью закрыла якоря толстым слоем из мелких щупалец. И тогда взрыватель пришлось отложить на десяток секунд. Пока бур не прошивал защиту насквозь и не проникал в нужное место. Благо все вычисления делала Сара, и она не ошибалась.
К тому же почувствовавшие безнаказанность дирижабли били бетонобойными бомбами по врагу сверху, и у них тоже что-то да получалось, хоть и не так эффектно.
После десятого попадания в щупальце я заметил, что скорость монстра почти не изменилась. Он продолжал впихиваться к нам, просто после взрыва в щупальце оставлял его на регенерацию и тянул все остальные. Учитывая, что даже полностью разорванная ткань начинала отрастать через две-три минуты, а пробоины в десяток метров, от бомб, затягивались буквально за полчаса, в таком режиме мы могли сражаться с монстром бесконечно. И тогда пришлось пойти на следующий риск.
— Он не взорвался! — недовольно проговорил Медведев. — Я точно видел, что снаряд попал в щупальце твари, но он не взорвался. Почему? Поломка?
— Всё как и должно быть. Действуем по плану, просто поверь мне, — проговорил я, проводя срочные вычисления. — Главное, чтобы сработало.
— Я чувствую в твоём голосе неуверенность. В чём дело? — не сбавлял оборотов княжич. — Там наши люди, на передовой! И если мы можем облегчить их жизнь хоть немного, должны это сделать. Ты понимаешь? От этого зависит наше выживание!
— Просто, не, мешай! — сорвался я и сам почувствовал, как из горла рвётся рык. Пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. — Извини. Чуть больше доверия, чуть меньше напора. Хорошо? Мне нужно время.
— Ты хотя бы можешь сказать, что задумал?
— Да, но это тебе никак не поможет, и изменить ты это не в силах, — отмахнулся я, возвращаясь к пульту управления. — А если не выйдет, лучше, чтобы об этом не думали и действовали по старому плану.
— Ты ставишь под угрозу остатки нашей авиации? — возмутилась уже Жанна. — Филиновы так мало для тебя сделали, что ты готов рискнуть и их жизнями, и бесценной техникой? Старый, одумайся!
— Просто действуйте по плану и выполняйте инструкции. Ближайший час взрывов не будет, — ответил я, полностью уходя в работу. К счастью, предыдущих успехов хватило, чтобы мои решения не отменяли. А через час, когда тринадцать снарядов вонзилось в тварь, но не раздалось ни одного взрыва, детонаторы сработали все разом.
Чудовище успело среагировать. Наверное, оно и хотело бы перестать тянуть себя разом всеми конечностями, но физические законы не обманешь. Он впихивал себя в тот мир силком, и натяжение было катастрофическим. А перераспределить нагрузку с большей части щупалец разом, он не сумел.
Треск рвущихся древесных волокон было слышно за много километров, он докатился даже до нас. А затем сразу пять якорей порвались и монстра откинуло на сотню метров обратно в свой мир. Учитывая чудовищную массу существа, это вызвало ощутимую тряску.
— Сработало? — ошарашенно проговорил Михаил. — СРАБОТАЛО! Так ему!
— Получается, теперь ему не попасть к нам? — не веря спросила Жанна.
— Если бы… — морщась ответил я. — Нет. Эта дрянь точно будет продолжать, только не так быстро. Наша же задача, чтобы она осталась под гранью, когда та сожмётся, словно гильотина. Если удастся отрезать какую-то существенную часть ствола, это должно нам сильно помочь.
— Значит, будем этим заниматься, — Медведев с энтузиазмом вскочил и направился к выходу. — Я с отрядом за второй партией снарядов, а то они подходят к концу. До утра вернёмся. А вы не прекращайте стрелять.
— Спасибо за рекомендации, — фыркнула Ольга. — Конечно, не прекратим, мы для этого сюда столько шли. Тем более это первый ощутимый успех с начала сезона.
— Не первый, — хмуро возразил Медведев. — До вашего чудо-изобретения мы как-то справлялись с тварью почти шестьдесят ночей.
— Хватит спорить. В этом сезоне осталось ещё тридцать, — сказал я, прерывая начинающуюся склоку. — Снаряды нужны, и срочно. Я планирую отстрелять все имеющиеся в течение шести часов. Так что поторопитесь.
