— Всем князьям собраться в штабе для брифинга, — сообщил магистр, и я, успев лишь разоблачиться из доспеха и сдать раненного в лазарет, бегом отправился в зал совещаний, но успел последним. На главном экране в онлайн-режиме шла трансляция с моих дронов и со стационарных камер.
— Итак, все в сборе. Начнём, — кивнул Филинов, переключая изображение. — Первые выводы аналитиков таковы: перед нами раса, освоившая некий аналог магии начертания, связанный не с Хаосом, а с Порядком. Об этом свидетельствуют строгие формы, отсутствие разнообразия и вариативности, а также крайняя ограниченность исполнения. Вначале символ, затем реакция. Никаких исключений.
Судя по внешнему виду создаваемых предметов, эта раса остановилась в своём развитии на уровне конца бронзового века. Их доспехи не закрывают большую часть тела, щиты крайне примитивны, если не считать размера. Оружие также имеет устаревшие и неоптимальные формы. Однако всё это нивелируется тем, что всё это не является материальным в привычном нам смысле слова.
— Какая разница? Если они не умеют закрываться от осколков, проблема уже решена, — холодно заметил Щуков.
— У них есть некий аналог силовому полю, сфера, которая полностью закрывает их со всех сторон. Кроме низа, — возразил Филинов. — Вероятно, ранее она использовалась против стрел. Плюс для нас — они не могут одновременно использовать разные символы. Либо держать щит, либо атаковать. Но некоторые из символов имеют длительную структуру. Такие, например, как доспех и щит. Но, как уже заметил главнокомандующий этого сезона, они не защищены от осколочных боеприпасов. Либо пузырь, либо атака. Так что наш выбор — это мины и газ.
— Вы собираетесь использовать против них отравляющие газы?
— Именно. Мы тут не играем в рыцарей, и если с врагом можно разобраться, не ставя под удар наших солдат, так и нужно сделать. Голосуем за использование химического оружия. Большинство. Благодарю всех за понимание, — кивнул магистр, и, хотя я не проголосовал, было в этом что-то неправильное, в какой-то степени я даже был с ним согласен. Враг есть враг.
Через полчаса по скоплению противника ударили химическим оружием. Газ без цвета и запаха накрыл площадь в несколько километров, и спустя пять минут сотни гигантов валялись на земле, раздирая пальцами горло и не в силах вздохнуть. И никакие знаки им не помогли, хотя применять они пытались разные, в том числе отталкивать воздух символом ладони и поджигать его.
Увы, боевые отравляющие вещества были инертны к горению и заполняли собой слишком большой объём. На следующий день, когда наступило утро, удар повторили. А ещё через сутки стало понятно, что сезон пройдёт без происшествий. Потому что противники просто не имели символа, очищающего воздух. Не придумали.
Некоторые из них держались дольше остальных, постоянно применяя нечто, рисунок которого напоминал сдвинутую набок чашку с каплей. Похоже, противоядие. Правда, действовало оно недолго, а когда они применяли один символ, не могли использовать остальные. Обычные осколочные боеприпасы делали то, что не смог закончить отравляющий газ.
Твари рвались вперёд. С яростными криками и молча. Надевая на себя доспех из света и голышом. Под щитами и пытаясь просто пробежать опасный участок.
Мне даже показалось, что в этом сезоне не они были для нас бедствием, а мы для них. Слишком эффективно уничтожали все их попытки продвинуться. Без жалости и рассуждений. Чётко, быстро, с минимальными затратами.
На двадцатый день они перестали лезть из-за границы. Не знаю уж, сообразили, что не стоит, или сдались, не суть важно. За гранью их было всё равно ещё слишком много. Я сумел закинуть дрона внутрь и увидел бескрайние поля, занятые голыми зеленокожими гигантами. Но стоило понаблюдать внимательнее, как я отметил не только отсутствие одежды, а когда понял, собрал совещание.
— Судя по отметинам на земле, ещё недавно там были постройки. Тысячи построек, целые города. Были посевы и фермы, животные… — перечислял я, показывая то, что заметила Сара. Нет, я тоже был хорош, но ассистент сделала сопоставление, после которого всё встало на свои места. — Похоже, они все пропали одновременно с открытием границы. Разом.
— Хочешь сказать, что для них наступил апокалипсис? И мы — его часть? — удивлённо спросил Кирилл. — Думаешь, они жертвы?
— Возможно, они винят нас в происходящем. Сразу после перехода они на нас напали, так что такая вероятность есть.
— Неважно. Они крайне агрессивны и достаточно опасны, — возразил Щуков.
— Были опасны, — поправил я его. — Смотрите, все, кто дальше двадцати-тридцати километров от границы, сидит или лежит прямо на земле. Они устали, а главное, они голодны. Не буду спорить, но мне кажется, что они крайне истощены. Но то, что они не слишком дружелюбны, это факт.
Я переключил изображение на другое, и стало видно, как группа гигантов забивает сородичей знаками, а чуть в стороне трупы разрывают на части и пожирают, сырыми, с ещё идущей кровью.
