Всё было иначе. Квинтэссенция выступления заключалась в следующих словах: «Полмиллиона американских солдат вместе с 700 000 вьетнамских союзников при полном господстве в воздухе и на океане, при поддержке гигантских ресурсов, владеющие самым современным вооружением, оказались неспособными оградить хотя бы один крупный город от нападений противника, численность которого не превышает 250 000 человек»{1191}. В конце выступления было сказано: «Нынешняя реальность мрачна и болезненна. Но это только отдаленное эхо тех мук, к которым надежно ведет нас политика иллюзий»{1192}. Эти слова были признанием невозможности выиграть войну при данном характере ведения военных действий и призывом к выходу из вьетнамского конфликта на основе компромисса. Более того, это был прямой вызов всей политике Джонсона, определенной как «политика иллюзий».
Речь Кеннеди встретила острую критику, вплоть до того, что некоторые органы печати назвали ее антипатриотической. Такого рода инвективы в американском политическом лексиконе означали серьезное обвинение.
В этих не очень благоприятных условиях созревший к битве за Белый дом Роберт Кеннеди начал готовить программную речь о своей предполагаемой политике на президентском посту, однако, поразмыслив, отказался от этого, решив, что печатное слово будет более эффективным. Одновременно он попытался договориться с Маккарти о координации действий против Джонсона. Однако его посланников, среди которых был младший брат Эдвард, встретили недоброжелательно. Маккарти видел в Кеннеди серьезного конкурента, а не союзника. Либеральные силы демократов оказались раздробленными.
16 марта Роберт повторно объявил о вступлении в предвыборную борьбу. Он произнес первую предвыборную речь в государственном университете штата Канзас. И опять ее содержание оказалось неожиданным. Предварительно с Кеннеди было договорено, что тот выступит с лекцией о бывшем губернаторе штата республиканце Алфреде Лэндоне, который в свое время был конкурентом Франклина Рузвельта на президентских выборах. Однако от Кеннеди уже ожидали чего-то особого. Собралось рекордное число слушателей — 14,5 тысячи человек. И действительно, уже первые слова стали неожиданными: Роберт принес нечто вроде извинения за то, что недавно критиковал вьетнамскую политику Джонсона. «Я был вовлечен во многие ранние решения по Вьетнаму, — говорил он, — но прошлые ошибки — это не предлог для их повторения». Так что в действительности ни о каком извинении, как оказалось, речь не шла. Оратор заявил, что политический опыт научил его «высоко ценить переговоры с союзниками и с врагами, показал имеющиеся возможности и опасности для нашей страны в различных уголках мира». Он напомнил о нерешенных внутренних проблемах, включая черные бунты, самоубийство индейцев в резервациях и прочие ужасы, надо сказать, в какой-то степени преувеличенные. В любом случае жаркий характер предстоявших баталий из этой речи проистекал весьма ярко.
А вечером того же дня Роберт вновь выступил в университетском кампусе, собрав теперь 19 тысяч слушателей. На этот раз речь звучала несколько более миролюбиво. «Я не думаю, что мы должны стрелять друг в друга, бить друг друга, проклинать и даже критиковать друг друга. И именно поэтому я вступаю в борьбу за пост президента Соединенных Штатов»{1193}. Последние слова противоречили сказанному перед этим, но дружелюбно относившиеся к Роберту студенты да и их профессора этого не заметили или сделали вид, что не заметили, проводив оратора бурными аплодисментами и одобрительным свистом.
По сути дела, массированным началом кампании было появление вслед за этой встречей книги Роберта «Найти обновленный мир», содержавшей выступления автора за последние годы, а также новые тексты, написанные специально для массовой аудитории в качестве программных установок. Посвятив книгу «моим и вашим детям», Роберт вновь и вновь подчеркивал значение инициативы молодых в прогрессивной перестройке мира. Он вспоминал Архимеда и Александра Македонского, Мартина Лютера и Жанну д'Арк, своего соотечественника Томаса Джефферсона. Всё это были «молодые люди, и мы можем сделать то же самое»{1194}.
Модернистский дизайн обложки, на котором был изображен сам Роберт, произносящий речь на фоне звездно-полосатого флага (прежде всего надо было опровергнуть обвинения в антипатриотичности!) и всевозможных мало понятных технических новинок, призван был представить кандидата в президенты как человека современного, стремящегося действительно к тому, чтобы Америка обрела новый облик.
