- Ух ты! Ничего себе! – похвалила Хината. Неджи покачал головой. Хината нежно погладила ее по голове. Химавари достались глаза Неджи – светло-сиреневые, так любимые Хинатой. Она верила, что дочка станет великим шиноби однажды, но сейчас Хинате хотелось, чтобы она подольше оставалась просто ребенком.
- Ну-ка… - Неджи подкинул ее и посадил на плечи.
Химавари восторженно взвизгнула и повисла, откинувшись у Неджи на спине.
- Не болит? – заботливо спросила Хината, погладив ее по свежепоставленной печати.
- Нет! Совсем не больно было! Я не плакала!
- Конечно, не плакала, – улыбнулась Хината. Плакала ее дочка и правда редко, но если уж рыдала, то от души, не унять было.
- Спать пора. Пойдешь с мамой?
- Нет! – Химавари подтянулась и вцепилась в голову Неджи. – С папой.
Хината закатила глаза. Неджи надменно улыбнулся – учись, мол.
- Целуй маму - и спать, – велел он.
Химавари ткнулась Хинате в щеку губами и замолотила Неджи ногами.
- Поехали, па!
- Я поработаю немного, – сказала Хината.
- Давай не долго, – ответил Неджи и унес Химавари в детскую.
Хината пошла в кабинет. Дел у клана Хьюга меньше не становилось. Распределение обязанностей, тренировки, клановые торжества. Хинате помогал Хидеки-сан, Неджи и Ивао-сан. Старик Хизео два года назад отошел в мир иной.
Она села за письма и бумаги, провозилась с ними около часа. Потом пришел Неджи, выключил свет и молча увел ее спать. Хината вяло посопротивлялась, но покорно пошла следом.
Позже они ласкались в темноте спальни, уставшие и томные. Неджи мягко целовал ее плечи, обняв со спины.
Хината ухватила прядку его волос и намотала на палец, мягко потеревшись об них носом.
- Может, все-таки еще один разок? – сказала она, мягко потираясь об его теплое тело.
- С удовольствием… - шепнул Неджи, и его руки властно прижали Хинату ближе.
- Я про прятки.
Неджи рассмеялся ей в шею.
- Это шантаж?
- Это ма-аленькая просьба.
Неджи поцеловал ее в шею и устроился на подушке, прижимаясь губами к затылку Хинаты.
- Ладно… - сказал он, разнеженный и уставший. – Но в последний раз.
Хината повернулась и поцеловала его в губы.
- Спасибо! Спасибо! Спасибо! Они будут так рады…
- Хватит мне льстить, - проворчал Неджи. – Я уже согласился.
- Разве тебе можно льстить? – невинно удивилась Хината. – Ты ведь и вправду лучше всех.
Неджи нежно усмехнулся и ничего не ответил. Они лежали в объятиях друг друга, мягко проваливаясь в дрему.
- Хината… - прошептал Неджи. – Ты мне правда не скажешь? До самых родов? Я с ума сойду…
Хината, не открывая глаз, улыбнулась. Секунду она колебалась – помучить ли его еще пару дней или все-таки сказать? Когда она забеременела в первый раз, раньше нее самой это заметил Неджи. Она даже не успела понять, а он уже огорошил ее прямо на тренировке. Паранойя его была неописуема. Запрещал тренироваться, запрещал что-либо поднимать… Хинате, конечно, льстило это поначалу, но потом стало раздражать. А уж когда на третьем месяце Неджи, не спросив, подсмотрел пол ребенка, она и вовсе взбесилась. Гормоны и так шалили, так что вывести ее из себя ничего не стоило. Тогда-то он и поклялся, что со вторым и прочими детьми, если они, конечно, будут, он не будет подсматривать. Под страхом жуткой смерти… То есть вселенского скандала.
Хината поцеловала Неджи куда-то в подбородок – куда дотянулась, не поднимая головы.
- Ладно… - шепнула она. Выдержала театральную паузу: – Хиаши или Хидзаши?
Неджи приподнялся на локте. Хината открыла глаза. Он сиял.
Он крепко-крепко обнял ее и поцеловал в губы.
- Я тебя люблю, люблю, люблю, люблю… - тихо зашептал он, сжимая ее в объятиях. Хината счастливо улыбалась.
Еще несколько минут они лежали молча, а потом Неджи сказал:
- Хидзаши. – Он помолчал и добавил: – Если ты не против…
- Нет, – ответила Хината, беззаботно улыбнувшись. Выдержав еще одну паузу, она деланно спокойно вздохнула: – Значит, Хидзаши… и Хиаши.
Секунду стояла тишина.
- Хи-на-та! – выдохнул Неджи и стиснул ее в объятиях. Хината счастливо рассмеялась и прижалась к Неджи ближе.
Она знала, что в это мгновение в мире не было никого счастливее.
Конец.
