Послышались крики — враги осмелели. Решили, что меня, наконец-то, уничтожили. Пришлось доказывать обратное. Встав на колени, уменьшая область поражения, я продолжил атаку. Только теперь по три шара. Отвлекаться на боль в плече было некогда — рука онемела и не двигалась, но сейчас она мне и не требовалась. Сразу с десяток арбалетных болтов отлетело от защиты, едва не опрокинув меня на спину. Импульс от удара оказался чудовищным. Понимая, что рискую, я схватил Тень уцелевшей рукой и гуськом отправился к стенам, продолжая заливать пространство огненными шарами. В какой-то момент я догадался уничтожать не только живую силу, но и палатки. Ждать, пока их подожгут носящиеся туда-сюда и орущие от боли люди, я не мог. Едкий и плотный туман заполнил пространство, значительно снижая прицельную стрельбу противника. Мою, в прочем, тоже, но мне сейчас этого и не требовалось. Нужно вытаскивать защитницу и разбираться, что с ней произошло.
Момент, когда стрельба полностью прекратилась, я упустил. К этому моменту я добрался до ближайшей к стене траншеи, успев значительно проредить ряды арбалетчиков. Судороги Тени усилились. Она начала напоминать вытащенную из воды огромную рыбу, старающуюся вернуться в привычную среду. Что-то неладное я ощутил, когда увидел валяющегося на земле стрелка. Закатившиеся глаза, пена изо рта, вытянувшийся в струну. Подул ветер, разгоняя дым и я увидел ещё несколько десятков арбалетчиков, что вели себя аналогично. Это в чём-то походило на то, что творилось с Тенью, разве что ударило по людям не так сильно, как по ангелу.
