Вскочив на ноги, я обнаружил, что стою в полном одиночестве. Хад и Лиара изломанными куклами валялись где-то в центре площади. Живые, но потерявшие сознание. От толпы несчастных осталась лишь память. В здании образовалась огромная дыра и тех, кто прятался внутри, тоже зацепило. На самом краю площади вновь появились противники, приготовившись к новой атаке. Но самое неприятное, как по мне, заключалось в валяющимся в нескольких метрах от меня пятом наследнике. Тёмного тумана больше не было — Ландо превратился обратно в человека. Часть брони сорвало, являя на обзор покрытое металлом тело. Обе руки были неестественно вывернуты, нога оторвана. Шлема на ангеле не было, и я увидел, наконец, настоящее лицо Ландо Слика. Тот прекрасный облик, поразивший меня в первые мгновения знакомства, оказался маской, скрывающей металл. Если у Тени мифрил поглотил максимум процентов двадцать лица, то Ландо мог похвастаться всей сотней. Он сам превратился в мифрил. Думать о том, что это не маска, что с лица пятого наследника слезла кожа, явив внутренности, я не хотел. Потому что это больно. Очень. И желать такое я не мог даже такому существу, как Ландо.
— Дальше сам, — прохрипел ангел, не сводя с меня взгляда вполне человеческих глаз. Не таких, как у Тени. — У тебя остался один призыв, больше путевых меток у меня нет. Используй его с умом. Не дай им уничтожить Лиару. Кинологов, по возможности, не убивай. Они важны. Неделю меня не будет.
С этими словами пятый наследник испарился, вернувшись в столицу.
Задвинув вину за уничтожение людей глубоко в глубь сознания, я поднял стреломёт и постарался найти противников. Собаки стояли на краю света, но не спешили растерзать единственную цель. Видимо, враги уже поняли — у нас появилось оружие против изменённых. Шеста рядом не было, и, прихрамывая, я двинул вперёд. Отвлекаться на Хада и Лиару показалось мне глупой затеей — лекарь из меня никакой. Куда эффективней я стану, если преодолею расстояние до собак или увижу хоть одного кинолога.
Вот только моим желанием не суждено было сбыться. Невидимый руководитель врагов решил, что для показательной атаки результаты более чем шикарные. Раздался пронзительный звук трубы, ознаменовывая окончания боя. Я ускорился, прыгая на одной ноге, но тщетно — ни одна из тварей не попала ко мне в зону сканирования. А кинологов я больше не видел, словно они ушли первыми.
