Иногда трудно было отличить одну траву от другой, хотя к особо опасным травам во избежание ошибки примешивали сильно пахнущие безобидные растения. Поэтому для верности каждое целебное средство завязывалось определенным узлом и шнуром. Пакетики с одними растениями были перевязаны веревкой из конского волоса или волоса другого животного, чья шерсть была примечательна по цвету и качеству. Другие – шнуром из кожи, сухожилий, древесной коры или лозы. Узнать, что где лежит, можно было по цвету и виду шнура и типу узла.
Сложив мешочки и пакетики в сумку и привязав ее к себе, Эйла немного полюбовалась ею, после чего сняла и положила рядом с походной корзинкой. Все было готово, но Эйла не могла решить, что делать с пращой. Девочка боялась оставлять оружие в пещере – вдруг его обнаружит Креб или Иза. Можно было спрятать пращу в лесу, но как бы ее случайно не откопал и не разодрал какой-нибудь зверь. Поэтому Эйла решила взять ее с собой и хорошо спрятала в складках накидки.
Едва забрезжил рассвет, вернув листве многоцветье красок, как охотники двинулись в путь. Они уже одолели первый перевал, что был к востоку от пещеры, когда осветившее горизонт зарево разлилось золотом по бескрайним просторам. К разгару утра охотники вышли в степь. Бран задал быстрый шаг, каким мужчины обычно двигались на охоту. Однако женщинам мешал груз, хоть и легкий, но обременительный при скорой ходьбе.
Шли они обычно до захода солнца и проделывали в день гораздо больший путь, чем когда всем кланом искали пещеру. В дороге ничего не готовили, а только кипятили воду для чая и питались припасами, какие мужчины брали с собой на охоту: вяленое мясо, перемешанное с салом, и сушеные фрукты, сформованные в виде маленьких лепешек. Концентрированная походная еда прекрасно восстанавливала силы.
С продвижением на север по ветреным степям резко холодало. Однако стоило включиться в ходьбу, как все быстро согревались и даже не успевали замерзнуть за время коротких остановок. Мышцы, особенно у женщин, окрепли и перестали болеть.
Идти становилось труднее. Путь по равнине преграждали глубокие овраги и залежи известняка, которые обнажило недавнее землетрясение. В ущельях, порой заканчивавшихся тупиком, с отвесных стен с грохотом срывались валуны. В некоторых лощинах текли ручейки и даже речки. Рядом с водой встречались искореженные ветром редкие сосны, лиственницы и ели, перемежавшиеся низкорослыми березами и ивами. Только там, где овраги превращались в речные долины, защищенные от беспрерывного ветра, и где было достаточно влаги, произрастали хвойные и мелколиственные деревья, более похожие на своих южных сородичей.
В пути обошлось без приключений. Спустя десять дней Бран замедлил шаг и послал гонцов обследовать местность. Поскольку охотники находились близко к перешейку, то могли очень скоро найти мамонта.
Остановившись на привал у небольшой реки и отправив Бруда с Гувом на разведку, Бран с нетерпением дожидался их возвращения. От того, какую весть они принесут, зависело его решение: разбивать лагерь на ночевку или идти дальше. На землю уже спускались вечерние тени. Сильный ветер теребил бороду Брана и хлестал накидкой по ногам. Он стоял поодаль от остальных и, прищурившись, смотрел вдаль.
Вдруг на горизонте показались две бегущие фигуры. Неожиданно Брана охватило волнение. Он либо учуял, либо понял по их движениям, с чем они возвращались, но задолго до того, как услышал голоса, вождь уже знал, что они кричали:
– Мамонт! Мамонт!
Люди обступили их.
– Огромное стадо на востоке, – возбужденно жестикулировал Бруд.
– Далеко? – спросил Бран.
Гув поднял руку вверх и обвел небольшую дугу, что означало «несколько часов ходьбы».
– Показывай, куда идти. – И Бран велел остальным следовать за ним. До захода было еще достаточно времени, чтобы успеть добраться до стада.
Солнце клонилось к горизонту, когда охотники увидели вдали темное движущееся пятно. «Большое стадо», – подумал Бран, объявив привал. Чтобы не искать ручей в темноте, решили обойтись водой, прихваченной с прошлой стоянки. Главное, они нашли мамонтов. Теперь дело было за охотниками.
Перенеся стоянку на более удобное место вблизи ручья, окаймленного по берегам двойными рядами кустов, Бран собрал мужчин, чтобы выработать новую тактику. Методы охоты на зубра были неприменимы для шерстистого толстокожего гиганта. Мужчины принялись обследовать окрестности в поисках подходящего ущелья, узкого, заваленного в конце валунами. Хорошо было бы, чтобы таковой нашелся неподалеку от медленно движущегося стада.
Ранним утром следующего дня Ога, преклонив голову и дрожа от волнения, села напротив Брана, а Овра с Эйлой с нетерпением поджидали ее поодаль.
– Что ты хочешь, Ога? – спросил Бран.
– Эта женщина хочет тебя попросить, – нерешительно начала она.
– Да?
– Эта женщина никогда не видела мамонта. И Овра с Эйлой тоже. Не позволит ли нам вождь подойти поближе, чтобы на него посмотреть?
– А как же Эбра с Укой? Они тоже хотят посмотреть на мамонта…
– Они говорят, что уже насмотрелись на них и идти не хотят, – ответила Ога.
