А уже ближе к ночи, спустился в нижнюю комнату с двойной звуконепроницаемой бронированной дверью, где он хранил все бумаги и деньги. Помощнику в зале, он небрежно сказал, что поработает над бухгалтерией, а если кто из солидных, он голосом подчеркнул это определение, гостей будет им интересоваться, то пусть их проведут к нему вниз, он там и поговорит с постояльцами.
Действительно, не прошло и получаса, как дверь в нижнюю комнату открылась, и помощник трактирщика, почтительно пропустил впереди себя двоих мужчин. Хозяин кивнул слуге и тот тихонько закрыл за собой обе двери, оставив своего хозяина наедине с гостями.
— Здравствуй, уважаемый Джалил — сказал Гетрус. — Знакомься, мой новый друг Вильям из Весейска в Империи. Он, не пугайся только, один из лучших сыщиков Империи и к тому же Ильф, так что не хитри с ним. Да и не до хитростей сейчас, дела очень серьезные. Давай максимально правдиво, в твою бухгалтерию никто не собирается лезть.
Вильям утвердительно кивнул, и они втроем сели за стол, который был уже накрыт для гостей предусмотрительным хозяином.
Сидели долго, за полночь. Хозяин трактира пообещал днем ненавязчиво поспрашивать свою служанку, на предмет ее ухажера. Гетрус предупредил его, что делом интересуется клан Рысей, а с ним шутить не нужно и рот держать на замке. Трактирщик только голой кивал, постепенно проникаясь серьезностью дела. Две Рыси, следак Империи, фактический глава Мирума, это только те, кого он видел сейчас у себя, а если послушать Гетруса, то дело идет к большой войне хана с Империей.
Войны, даже совсем малые, вроде стычек на границе, ставили на грань разорения трактиры у дороги, по которой шли войска. Да, хан жестко приказывал командирам и солдатам не разорять заведения у дорог в ханстве. Но кто будет исполнять приказы, зная, что из боя вернется не более двух третей, а проконтролировать, кто именно сутки над буянил в трактире, который, ни у хана, ни у высоких командиров не было ни возможности, ни, главное, желания. Вот и пустела северная дорога в Империю, от малейшего намека на осложнение отношений хана с императором. У каждого трактирщика, вдали от дороги имелась тайное убежище, в котором он самыми верными помощниками и их семьями пережидал неспокойное время.
Пережить войну, конечно можно. Можно даже сорвать на ней неплохой куш, но лучше меньше да надежнее, и для здоровья куда полезнее.
— Фануза, как там гости? — спросил хозяин служанку, которую недавно так удивила щедрость Майры.
— Спят они еще, умаялись видно в дороге. Они не приказывали будить рано.
— Вот уедешь во дворец, кто будет самых знатных господ проезжающих обслуживать? — подтрунивал трактирщик смешливую девушку. — В прошлый раз целый золотой добыла, эти тоже не обидят. Разорюсь без тебя.
— Ох, Джалил, не говори — вздохнула девушка. — Сама не знаю. У меня же не любовь к нему, сам понимаешь, какая любовь к толстому старику. Боюсь я его.
— А зачем едешь, как вообще познакомилась?
— Год назад, помнишь, сестра у меня с долгами не могла рассчитаться, все ко мне бегала, и тут он остановился богатый щедрый, я и польстилась. От меня не убудет, а все же сестра, жалко на каторгу ее за долги. И ему рассказала, когда у него в комнате осталась. Он весь долг отдал сразу, ну и пошло потом.
— А сейчас что? Что боишься его? Чем пугает?
— Да нет, так‑то он хороший, просто старый — продолжила девушка, а затем, сделав круглые глаза добавила шепотом. — Он маг!
— Ну и что — рассмеялся трактирщик. — Что в магах страшного?
— В обычных магах может и нечего, а этот пригрозил мне, что если что, то он любого уничтожит.
— Ох и дурит он тебя Фануза — рассмеялся Джалил. — Дурит и пользуется.
— А вот и не дурит — все так же шепотом произнесла девушка и поманила хозяина к заднему выходу из трактира.
Трактирщик сделал знак помощнику, чтобы тот занял место за стойкой и поспешил за девушкой, прошли примерно километр, до оврага, промытого потоком с горы.
— Вот смотри — служанка показала на ровную, совершенно круглую площадку, непонятно как оказавшуюся среди нагромождения скатившихся с горы камней.
— Он мне показал что может, похвастался своей силой. Когда мы пришли сюда, то здесь не было этого пыльного круга. Такие же камни были, как и вокруг. А он как махнет рукой, так все камни и рассыпались. А потом так с улыбочкой мне и говорит — «А если на тебе махну рукой так?».
— Вот с тех пор и боюсь я его.
— Да! — Покачал головой Джалил. — Может тебе убежать. А вдруг во дворце надоешь ему, там вообще никого знакомых нет. Что захочет с тобой, то и сделает.
— Вот я и боюсь — печально сказала девушка. — Куда бежать? А сестра, а ее дети, он сказал, что и им достанется, если что. Исчез бы он! Уже только и мечтаю об этом. Видно уже ничего не сделать, сейчас совсем важным стал, уже велел вещи собирать, сам же видел с какой охраной стал ходить. На днях обещал приехать за мной.
