Ван Дрик с Иликой, так же были приглашены на церемонию. Граф в качестве почетного гостя, как Империи так и Горного клана, а Илика в качестве его супруги, хотя само посольство нордов долго уговаривало ее быть приглашенной в официальном качестве, Илика категорически отказалась. И дело было вовсе не в какой‑то особой скромности, а просто в нежелании взваливать на себя всю эту ношу официального представительства.
— Ван, сейчас я вольный человек, надоест, уйду — объясняла графу Илика, — а если на меня смотреть будут, да еще и говорить заставят, то придется стоять там весь день до вечера.
— Уверяю, на тебя все смотрят, независимо от твоего социального статуса, статут красавицы, гарантирует внимание всех мужчин и зависть женщин — отвечал граф с улыбкой, но ты права. Жаль я не могу так. Все же руководил экспедицией, не поймут, если приду туда как частное лицо.
Илика смотрела на свиту Императора и не верила своим глазам. Вот тот самый бургомистр, города Ванн, его сиятельство граф Ильдар, вернее бывший бургомистр. Стоит позади трона, так чтобы его не видели из зала и о чем‑то разговаривает с какой‑то дамой. Попрощался и пошел к двери, что позади трона, явно не желая, чтобы его видели из зала.
— Узнаешь? — Илика чуть толкнула рукой Вана и глазами показала на знакомого.
Граф на несколько секунд потерял дар речи, затем потянул Илику к боковому выходу из зала.
— Давай потихоньку выйдем отсюда и попросим позвать герцога. Уж он, наверно знает, что за чудеса творятся во дворце. И мне что‑то не хочется, чтобы наш знакомый увидел нас с тобой в тронном зале.
Скрылись в помещении для стражи. Через несколько минут туда же поспешно вошел Балем, вертя в руках записку, которую ему передал Вад Дрик через того же знакомого офицера стражи, который и предоставил графу ключ от комнаты.
— Ван, что за спешка? Я же статусный человек и не могу так просто уклоняться от официальных церемоний. Получил твою записку, а там буквально предписание мне, срочно зайти в комнату для стражи. Я знаю тебя, зря писать не будешь, давай быстрее говори и я пойду назад.
— Балем, объясни нам, почему, человек, которого мы в Столицу, всего десять дней назад привели под конвоем как соучастника убийства, прямо в тронном зале любезничает с придворными дамами?
— Кто?!
— Мы же привезли убийц родителей Фаины, и бургомистр Ванна был вроде как их соучастник, а он в тронном зале. Не светится в первых рядах, конечно, но и не в тюрьме, и даже не скрывается.
— Не знаю — недоуменно сказал Балем. — Ничего не понимаю. Илика никак не могла обознаться, да и ты вряд ли. Постараюсь узнать, а вы идите отсюда и ждите меня дома, за Кольцом. Я постараюсь как можно быстрее все разузнать.
Пока ждали Балема, выдвинули массу предположений, одно нелепее другого. Пришел Питер, рассказали ему все. Естественно, ясности это не добавило. Наконец появился Балем.
— Друзья мои, у нас есть буквально минуты. Бегите! Вот вам золото и отдельно серебро, чтобы не менять, все купите по дороге. Бегите как есть и в чем есть, стражникам Столицы дан приказ арестовать Ван Дрика. Питер ты останься, если у них маг, меня будут спрашивать, где его искать, быстро объясняй мне, как правильно отвечать на вопросы.
Совершенно случайно, в этом же загородном особняке герцога, несколько дней назад завязался спор об эффективности допроса, который проводят с участием мага духа. Можно ли скрыть правду от него? Естественно, главным арбитром в споре, а так же и консультантом, был Питер.
Оказывается, запутать следствие можно, хотя и довольно трудно. Магия духа не читают мысли, а лишь видит эмоции по ауре. Опытный маг видит, как меняется аура человека, когда его спрашивают о чем‑то. В частности, по ауре маг видит, насколько значима тема разговора для его собеседника, а главное, маг может отличить, обманывает его собеседник или нет и строить беседу так, чтобы кое‑что узнать у него.
Но это только кажется, что все легко и просто. Всех преступников, по крайней мере, в Столице, давно бы опознали по ауре, а между тем, преступность прекрасно себя чувствует как в Столице, так и в провинции.
Профессионалы преступного мира, это люди с особым магическим талантом управления собственной аурой. Они могут искажать картину своей ауры, выдавать правду за ложь, а ложь за правду. Выявить их, особенно в толпе практически невозможно, да и на допросах, они ничем не проявляют своей причастности к тому, в чем их подозревают.
А вот неопытных людей, маги читают легко, особенно людей простых, которые не привыкли что‑то скрывать и вести сложные игры.
— Ваше сиятельство, Вас, например, сложно поймать по ауре — пояснял Питер герцогу — Вы опытный дипломат, у Вас в голове множество тайн и мне было бы тяжело по ауре определить скрываете ли Вы правдивый ответ на заданный только что вопрос, или это просто привычка к иносказаниям и анализу последствий своей речи.
Когда Ван Дрик с Иликой скрылись за воротами особняка, Питер напомнил герцогу, основное правило беседы.
