— Если честно, то не очень. Мы ведь не сильно разбираемся в столь замысловатых напитках. Нам с Маркусом, чего покрепче надо. А это вроде вкусного компотика, чего там империал стоит, не понимаю. Я так Илике и сказал, что такие деньжищи, можно было и на что путное потратить для себя.
— А она что ответила?
— Говорит, что не имеет к этому отношения, это, де, подарок нам с Маркусом, а все деликатесы подарили ей и Питеру, но не говорит кто. Не иначе как поклонник завелся. Скольких она уже спровадила. Но у этого подарки взяла, прямо и не знаю что думать.
— Так что у Вас за дело к ним, может послать кого за ними, так ведь некого, все же ушли, один тут торчу. Прямо не знаю, что и делать, неловко такого человека заставлять ждать сокрушался Олаф.
— Вольно Олаф — засмеялся Ван Дрик. — Во-первых, со вчерашнего дня я не капитан гвардии, вчистую отставлен по собственному желанию. Во-вторых, это я пришел пораньше, а с ними мы договорились, что я просто приду в лавку и мне скажут, где искать Илику и Питера. В третьих, давай на ты перейдем, я сейчас просто человек как любой другой, а ты старше меня. Мы давно знакомы, вместе в патруле ходили, ну чего нам, ветеранам, субординацию выдерживать. Ты не переживай, я лучше с тобой тут побеседую, а затем сам пойду их искать, если ты скажешь мне где они. А дело у меня к ней простое, напросился я идти с ними в экспедицию, и они согласились меня взять с собой.
— Вона как! — протянул Олаф обескуражено, после чего долго мялся и, наконец, продолжил — Ваша светлость, господин капитан…
Гигант еще довольно долго мямлил, подбирая слова и смущаясь, пока, наконец, Ван Дрик не прервал его сбивчивый монолог.
— Успокойся Олаф, не стану скрывать, мне очень понравилась Илика, намерения у меня самые серьезные. Обещаю и тебе и всему вашему семейству, что ее не обижу и не причиню ей никакого горя. Я такой девушки не видел никогда и даже робею перед ней, чего со мной никогда не бывало раньше. Ты сам-то не против, что я хотел бы подружится с ней или даже более того?
— Господин граф, я очень рад — Олаф аж прослезился — сколько раз мы с Маркусом гадали кто же появится у нее. Так и боялись, что какой-нибудь столичный хлыщ закружит голову девочке. Она хоть и умная, но ведь неопытная в жизни. Что она видела в жизни, свою деревню, пути-дороги, да Университет. А если у вас сладится, я очень рад буду, только уж Вы сами постарайтесь не испортить. Чтобы ей понравится, это еще постараться нужно, но не прогадаете. Вы самой замечательной парой будете, если все сладится, и самой красивой.
Олаф окончательно расчувствовался, всплакнув еще раз, бессвязно, довольно долго говорил что-то неразборчиво и забыл о товаре, о посетителях, пошел в глубину склада приводить себя в порядок и успокаиваться. Ван Дрик даже был вынужден сам развлекать очередного посетителя, который, правда, очень быстро убежал, смущенный вниманием к нему лица, перед которым вытягивается по стойке смирно, чуть ли не вся армия Империи.
Наконец появился немного успокоенный Олаф, пообещал «никому ни-ни, кроме Маркуса» и махнув рукой на дневную прибыль, запер магазин, решив сам проводить Ван Дрика домой на встречу с Иликой и Питером.
Граф в два счета набросал список необходимых припасов в дорогу и тут же купил их с необходимым запасом. Причем все, что нашлось в торговом доме «Маркус», в нем купили, чего деньги-то из дома выводить. Семейство Ван Дриков в Весейске было самым богатым, да и в Империи входило в первую купеческую сотню, поэтому помощи Балема в финансировании столь скромной экспедиции не требовалось вовсе.
И с лошадьми все устроилось быстро. Личная конюшня отца графа в Столице, удовлетворила небольшую группу путешественников и количественно и качественно. Вообще в этот раз собираться в дорогу было очень просто, да и путь был не такой уж дальний, всего-то полтора десятка дневных переходов, половина из которых проходила по купеческому тракту.
Неожиданно оказалось, что с ними в дорогу идет Олаф. Маркусу срочно нужно было отправить товар в городок, который находился всего в одном переходе от конечной цели их экспедиции. Илика тут же высказалась за то, чтобы их отряд заменил собой охрану. Олаф замялся, ему стало несколько неловко от перспективы, иметь в качестве охранника купеческой повозки, графа, капитана императорской гвардии. Ван Дрик тут же пояснил, что они вовсе не охранники, а просто идут рядом, по своим делам, но помогут в случае какой нужды, как, наверное, и Олаф поможет им при случае. На это Олаф не нашел что ответить, махнул рукой и со словами, «делайте как знаете», пошел снаряжать повозку.
Первые дни экспедиции Питер присматривался к графу и немного путался в обращении, но вскоре и он принял его как своего, несмотря на разницу в положении. Благо в возрасте, разница была не столь и значительна. Илика же вообще не стеснялась и по своей привычке, командовала мужчинами с первых минут путешествия. А Олаф любил дорогу, ему очень нравились спутники, и он старался не задерживать их, но и не сильно спешил, наслаждаясь компанией и дорогой.
