Альфа опешил от моего напора и позволил вертеть себя во все стороны. Молния на джинсах не поддавалась, рванув, выдрал ее с мясом, Реджи тихо охнул, скривившись. Когда я потянулся к футболке, он быстро стянул ее сам, видимо, не доверяя моим скрюченным от невыносимого желания пальцам и опасаясь, что я и ее порву. Правильно. Порвал бы обязательно. Мне сейчас не до целостности каких-то глупых тряпок. Мучительно необходимо как можно скорее добраться до волнительного тела, аромат, исходящий от Реджи, сводил меня с ума.
От Реджи веет страхом, покорностью и ноткой той особой, омежьей, мягкости, что совершенно не присуща альфам. Запах кружит мне голову, заставляет рычать и терять разум. Хочется вылизать его с ног до головы, я с урчанием начинаю с шеи. Реджи подставляет горло, демонстрируя подчинение, заполошно бьется пульс, отдаваясь молотом в моей голове.
Обычно альфу хочется укусить. Ну, хоть чуть-чуть. Оставить следы зубов, отметить синяками и царапинами, которые еще долго потом будут чесаться, напоминая самцу, кто тут главный. Реджи покорно открывает шею, я нежно вылизываю адамово яблоко, местечко под челюстью, провожу шершавым языком за ухом, посасываю мочку. Целую ключицу, обвожу сосок, спускаюсь ниже. Оставляя на коже влажные следы, широко вылизываю живот. Гладенький. Реджи удаляет волосы с груди и пузика, подбривает в паху, дотрагиваться до него невероятно приятно, я жмурюсь и удовлетворенно ворчу.
- Ты вылизываешь меня, как омегу… - слабым голосом констатирует Реджи, я приподнимаю голову, чтобы видеть его глаза. Парень недоуменно хмурится.
- Ты не омега. Строение другое.
- Я… чем-то провинился?
Реджи лежит, бесстыдно раскинув ноги, блестит темными глазами, на щеках горит румянец удовольствия, член прижимается к животу, поблескивая смазкой… вся его поза – призыв «возьми меня!», и он еще интересуется, с чем связана «воспитательная ебля»? Ладно, поговорить можно и потом… молча развожу его бедра шире и, наклонившись, тщательно вылизываю безволосые яички, потом провожу языком по стволу, облизываю красную головку. Реджи стонет и дергается, мне очень нравится его реакция и, стремясь вырвать из парня еще больше прекрасных звуков, плотно обхватываю губами головку.
Реджи оправдывает мои ожидания: он скулит, стонет, вскрикивает, тихо шепчет «пожалуйста!», когда я коварно отстраняюсь (на самом деле это был технический перерыв), ахает и матерится. Какая прелесть! Так заслушался, что чуть не кончил. Наконец, он вытягивается в струну, издает особо громкое «Аха!» и бурно спускает.
Я – очень прагматичный и трезвомыслящий человек. Так все говорят. Поняв, что засадить Реджи прямо сию секунду нельзя – надо еще его подготовить, а на это у меня уже нет никакого терпения, переместился вперед и толкнулся парню в рот. Тот тревожно облизнулся, глядя на меня огромными удивленными глазами, и сжал мою плоть. Я честно старался не пихать свой орган слишком глубоко и все равно пару раз парень давился. В конце-концов, он положил ладони мне на бедра, сдерживая движения, а я вплел в темные волосы пальцы, под неотрывным взглядом Реджи разрядка наступила невероятно быстро, заставив меня глухо рыкнуть.
Потом я вытянулся рядом с парнем, подгреб его под бочок, прижал к себе покрепче и почти сразу задремал: я поспать люблю, а в последние дни со всей этой нервотрепкой все никак не удавалось.
Сквозь сон слышал, как кто-то заглядывал в комнату. Кажется, один из омежек. Рыкнул, помеха сну тут же исчезла, тихо ойкнув.
Проснулся ближе к вечеру, Реджи нашелся тут же. Он был немного помят и встрепан, вроде, пытался выбраться, пока я спал, но не получилось.
- Отпусти, мне в туалет надо! – первым делом сказал парень.
- Ладно. Заодно зайди на кухню, принеси чего-нибудь перекусить, мне вставать лень…
Парень кивнул, я еще немного повалялся, лениво размышляя о том, что в туалет надо и мне, а, значит, все-таки придется вставать… неохота… и еще о том, принесет ли Реджи еду сам или же воспользуется моментом, чтобы сбежать и пришлет омежку. От меня не укрылась его растерянность и неловкость.
Реджи появился почти через полчаса, когда я уже начал подозревать, что он обо всем забыл. На нем была свежая одежда, волосы – влажные от воды. Поставив поднос со съестной дребеденью на маленькую прикроватную тумбочку, он поспешил удалиться, я не стал его удерживать, хотя и хотелось. Мне необходимо было обдумать свою странную реакцию на этого альфу.
