Клан Сопрано полностью

Убийство Трейси — это кульминация действия. До этого мы видели избиение (Сильвио бьет Трейси), случайную сексуальную деградацию (Трейси в групповом сексе всеми способами, в котором участвует и полицейский) и бессчетное количество оскорблений — больших и малых — в отношении молодых женщин, отупляющих себя алкоголем и наркотиками. Трагическая история Трейси разворачивается в «Бада Бинг» — подобное «Калигуле» вместилище жестокости, сексуальной эксплуатации и случайного насилия. Это место, где женщины получают основной доход, равнодушно вращаясь на шесте, подрабатывают в VIP-комнате, исполняя приватные танцы и оказывая сексуальные услуги крутым игрокам, а потом Сильвио, управляющий и владелец, вышвыривает их на улицу. Вход в VIP-комнату охраняет бармен Джордж, который требует с женщин за посещение пятьдесят долларов плюс бесплатный минет. Шефом крутых игроков является Тони Сопрано.

При ближайшем рассмотрении ясно, что «Бинг» отличается от борделей, описанных в «Никто ничего не знает» и в «Я, б., поскакала», только разными прибамбасами, добавленными к бизнесу. Нам говорят, что клуб заплатил 3000$ за брекеты на зубах Трейси, которые делают ее похожими на маленькую девочку с большой грудью; и, судя по замечаниям Сильвио, которые он отпускает у дома Ральфи (пока сам Ральфи смеется над ней, выглядывая из окна), она расплачивается за это по установленному графику, делая все то, что должны делать девушки в «Бада Бинг». Похоже, что клуб заплатил и за силиконовые импланты тех танцовщиц, которые были не «безупречны»; а такая операция на сегодняшний день стоит минимум 4000$[189].

Будучи эпизодом, отсылающим и к «Гладиатору», и к «Спартаку» (Spartacus), «Университет» превращает «Бинг» в арену, где танцовщицы, а не бойцы развлекают публику, и нет ни намека на восстание рабов. Единственная женщина, отважившаяся на сопротивление, заканчивает жизнь у сточной трубы, ее лицо превращено в мясо, а череп разбит. «Все, что мы можем, — это выбрать как умереть!» — выкрикивает Ральфи цитату из «Гладиатора», но конец серии «Университет» окрашен горькой иронией — Трейси не дали такого выбора, ее тело просто стало очередной проблемой утилизации. В финальной сцене три другие танцовщицы буднично говорят о том, что одна из их коллег ушла за здание клуба с Ральфи и исчезла — будто это просто очередная болтовня на работе. Вот так.

Было бы слишком мягко сказать, что «Клан Сопрано» представляет дарвинистский взгляд на общественные отношения. Это мир, в котором люди празднуют жизненный успех, если могут обращаться с теми, кто стоит ниже на социальной лестнице, как с бесчувственными слугами. Поли дразнит Вито и Бобби за то, что те выглядят как в рекламе диеты «до и задолго до» потери веса. Ральфи выбивает глаз Джорджу замком, подвешенным на цепь, и под кокаином ему кажется, что он участвует в исторической реконструкции «Гладиатора». Джордж не пишет заявление в полицию, а едет в госпиталь и возвращается на работу с повязкой на глазу, снова требуя пятьдесят долларов и минет за вход в VIP-комнату, потому что любой, даже простой бармен, занимает более высокое положение, чем танцовщицы. Тони подкалывает Медоу за то, что она выказывает ему пренебрежение, практически смеется ей в лицо, мстя за свои оскорбленные чувства; он ее отец, и она может лишь огрызнуться и закатить глаза. Даже отвратительный садист Ральфи рассказывает историю своей тяжелой судьбы, которую, правда, никто не слушает: «Мне пришлось в одиннадцатом классе школу бросить, чтобы матери помогать. Все думали, что я буду архитектором».

Между тем Медоу и Ной более заняты неудобствами, которые им доставляют страдания Кейтлин. Их не волнует душевный кризис Кейтлин — это лишь проблема, которую можно решить или которую можно игнорировать. Они идут с ней праздновать ее день рождения, потому что боятся, что она совершит попытку суицида и превратится в еще большую проблему. Ной не скрывает раздражения и пытается уйти, ссылаясь на то, что завтра у него рано начинаются занятия. Кейтлин идет к Ною после побега Медоу в Нью-Джерси, а когда из-за ее прихода Ной получает С за контрольную, отец Ноя подает в суд на девушку.

«Разве ты не мог попробовать поговорит с ней? — спрашивает Медоу Ноя. — Она считает нас своими друзьями». «Нам нужно установить границы», — говорит Ной, и это звучит почти столь же холодно, как фраза Кармелы в эпизоде «Цельнокожаная куртка»: «Ты не понимаешь, я хочу, чтобы ты написала эту рекомендацию». Тони говорит примерно то же самое в начале серии, когда еще до убийства Трейси отказывается принять у нее пирог дружбы.