Бреган с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться. Поступать, как он хочет? Нет, он не мог поступать, как хотел, потому что больше всего на свете ему хотелось помочь Майе, а потом вместе с ней, Нэл и Ваном вернуться на земли людей и выяснить, что затевают эти двуногие. Ещё ему хотелось, чтобы ёкаи перестали собачиться друг с другом и начали всерьёз готовиться к войне. Ему хотелось раз и навсегда покончить с этими бесплодными поединками.
– Бреган, ты злой! Ты плохой! – прохныкал Мика и убежал.
– Мика, подожди! – крикнул Бреган и бросился было вдогонку, но Лена удержала его за руку.
– Оставь. У тебя нет на это времени.
Бреган поколебался – и глубоко вздохнул.
– Когда Мика успокоится, скажи ему, что я сдержу своё обещание, ладно?
Лена слегка кивнула.
– Обязательно.
Вне себя от переживаний Мика бежал со всех лап. Ветер свистел в его маленьких круглых ушах, усы прижимались к красивой взъерошенной шерсти, а зрачки так расширились, что почти закрыли светлые радужки. Почему Бреган до сих пор обращается с ним, как с маленьким ребёнком? Почему не позволяет ему присутствовать на поединках на арене? По какому праву он решает, что Мике можно делать, а чего нельзя? Старший брат не может отдавать ему приказы, он ему не отец. Он не может принимать решения вместо него. Нет. Никак не может.
– Мика! Мика, стой! – раздался знакомый голос.
Мика остановился как вкопанный, затем повернулся к окликнувшему его тайгану. Тигр был в человеческом облике и глядел на тигрёнка весьма враждебно.
«Сирус?» – подумал Мика, задрав нос.
Его двоюродный брат Сирус, обладатель тусклых волос, плохо развитой мускулатуры и измождённого лица, не походил на других тигров. Большинство подростков, выживших в боях, обладали великолепным телосложением и буквально излучали силу, однако Сирус этим похвастаться не мог. Впрочем, если присмотреться, становилось ясно: от него исходила невероятная внутренняя энергия, и он был не менее опасен, чем остальные члены клана.
– Что это ты тут делаешь? С ума сошёл? – сердито рявкнул Сирус.
Он схватил тигрёнка за шкирку и поднял над землёй.
Мика принялся молотить в воздухе лапами, но всё без толку. Сирус держал очень крепко, и тигрёнок не мог вырваться. Мика зарычал.
– Давай, рычи-рычи, мелкий придурок! Знаешь, что случилось бы, не попадись я тебе на пути? Знаешь, что там, впереди?
Мика перестал брыкаться и огляделся. Прежде он никогда не заходил на эту часть территории тайганов. Он понятия не имел, что это за место.
– Там территория серпаи, болван! – прорычал Сирус и больно шлёпнул тигрёнка по голове.
Мика заскулил и, изловчившись, так сильно поцарапал Сируса когтями, что тот грубо швырнул малыша на землю.
– Ах ты… Ну и чёрт с тобой, делай, что хочешь! В конце концов, мне плевать!
Мика встал на лапы, зарычал и заставил шерстинки втянуться в кожу, кости – вырасти, голову – увеличиться, и в итоге снова превратился в темноволосого круглощёкого мальчика.
– Почему ты сделал мне больно? Ты плохой! – выпалил он.
Мика не любил Сируса. И кузен, и его отец Врир были злыми. Очень злыми.
– Ты меня поцарапал, так что мы квиты, – пренебрежительным тоном ответил двоюродный брат. – Не благодари за спасение твоей жизни, не сто́ит!
Мика хотел сказать в ответ что-то обидное, но понял, что тайган прав, и передумал. Он бесцельно пробежал несколько километров, практически пересёк территорию клана с севера на юг и даже не заметил этого. Если бы Сирус вовремя его не остановил, дело бы могло принять скверный оборот.
– Извини. Я не хотел… Я больше не буду…
Сирус мрачно глянул на него.
– Что? Это всё, что ты можешь сказать в своё оправдание?
Мика поморщился.
– Что ты хочешь, чтобы я сказал?
Сирус вздохнул.
– Ты и твой брат совершенно одинаковые! Парочка безответственных оболтусов!
– Мой брат не безответственный!
– Да неужели? Тогда где сам Бреган? Почему не с тобой?
– Тебе прекрасно известно, где сейчас Бреган: он сражается на арене! – недовольно ответил Мика.
«Ага, и я всей душой надеюсь, что на этот раз его прикончат», – подумал Сирус.
– И потом, он мне всё равно не нужен! Я уже большой и могу гулять один! – язвительно добавил Мика.
Сирус поглядел на мальчика как на букашку.
– Вот как? Хочешь сказать, твоя мать… – Он умолк и огляделся. Лены нигде не было видно. – Только не говори, что ты сбежал.
– Я… Я не сбежал, просто гуляю, – ответил Мика, смущённо опустив взгляд.
– То есть никто не знает, что ты здесь?
Мика прикусил губу.
– Да, то есть нет, но…
