✅осквернил статую богини ✅исписал забор и стены ругательствами в её адрес ✅пробрался в храм и сжёг к чёртовой матери Зачем? Да я и сам не знаю! Но богиня очень сильно обиделась. Поэтому я умер и попал в КВН, где меня встретил «весёлый и находчивый» парень с паяльником в руках. А ещё я оказался надёжно привязан к стулу. Хороша шутка, ничего не скажешь.
Сперва я осквернил статую богини. Дорисовал ей усы, как у одного кровожадного диктатора. Затем на стене написал, что она крайне доступная девушка. Только сделал это в значительно более грубой форме.
А потом вообще пробрался в храм и сжёг его к чёртовой матери.
Проблема заключалась в том, что ничего из этого я совсем не помнил. И обо всём узнал уже непосредственно от самой богини на допросе.
Оказалось, несмотря на всё своё могущество, копаться в человеческой памяти боги почему-то не могли.
Так что мы всё делали по старинке.
Она спрашивала, а я отвечал. Точнее выдумывал какую-нибудь отмазку, в попытке выдать её за правду. А что было делать, когда настойчиво требовали ответов, которых у меня и в помине не было.
Я старался потянуть время, потому что каждый раз после допроса меня ожидал новый этап терапии по возвращению памяти.
— Червь, сперва ты прилюдно осквернил мою статую! — я буквально чувствовал, как меня прожигали взглядом, полным ненависти.
— Простите.
— После... ты исписал стены храма ругательствами в мой адрес. А затем проник внутрь и устроил пожар!
— Простите меня, — я продолжал пялиться под ноги, не забывая извиняться при каждой возможности.
— Ты хоть что-то вспомнил из этого?
— ...
— Зачем ты это сделал? Кто тебя послал?
И вот мы в надцатый раз вернулись к вопросам, на которые у меня не было ответа. Потому что в моей голове по-прежнему была каша из фрагментов различных воспоминаний.
Но увы, ни намёка на причины моего проступка.
— Меня никто не посылал. Просто... — я поднял голову и посмотрел богине прямо в глаза, собираясь втюхать ей очередную порцию отборной чуши.
— Что просто? Отвечай скорее!
— Это всё алкоголь. Я совершенно не умею пить, а в тот день...
— Не ври мне! — богиня едва сдерживалась чтобы собственными руками не разорвать меня на куски. — Говори правду, сволочь! Это не могла быть пьяная случайность. Ты написал, что я распутная девка... на языке древних.
По глазам было видно, что фурия ничуть не поверила. И я лишь сильнее её разозлил.
— Ни один ничтожный смертный не может знать язык древних, — не дождавшись ответа, богиня наклонилась надо мной так близко, что я ощутил её горячее дыхание на своем лице. — Тебе кто-то помог! Говори кто!
— Это всё ужасное недоразумение! Я вовсе не это имел ввиду!
— Ты написал, что я давалка! Или у этого слова есть ещё какие-то другие, неизвестные мне, скрытые значения?
— Так вот вы о чём. Это всё гугл переводчик. Вы же знаете насколько коряво он иногда переводит текст. Пффф... Мой косяк в том, что я доверился этой глупой программе и не перепроверил. Простите меня, пож...
— Зат-кнись! Как ты сумел проникнуть в храм? Как прошёл сквозь магический барьер?
— Тут вообще забавная история получилась. Понимаете, у нас традиция. Каждый год тридцать первого декабря мы с друзьями ходим в баню. Моемся...
Рассказать басню о том, что в моем родном городе есть точно такой же храм, и находится он на улице по точно такому же адресу, мне не дали. А жаль, я ведь столько времени репетировал эту версию.
— Вижу память к тебе ещё не вернулась. Тогда не будем тратить время и поговорим после терапии. На этот раз тебя ждёт кое-что особенное, червь.
— А может ещё немного поболтаем? Я кажется внезапно что-то вспомнил...
******
— И правда что-то новенькое, — пробормотал я после того, как очнулся и немного осмотрелся.
Богиня ведь совершенно точно психанула перед тем, как щелчком пальцев отправила меня на процедуры по восстановлению памяти.
Поэтому я ожидал, что по возвращении в сознание, обнаружу себя связанным в грязном, вонючем подвале гестапо. Или в окружении фанатичных инквизиторов из средневековья со всеми их настольными играми юного садиста.
Был конечно и абсолютно противоположный вариант возможной локации для терапии, с точки зрения соблюдения санитарных норм.
Я мог продрать глаза в стерильно чистом помещении, залитом ярким светом. Настолько ярким, что не сразу увидел бы людей в белых халатах, которые свято верят, что наркоз — это от лукавого, и потому режут людей по-живому под их крики.
Это и есть моя терапия. А всё потому, что перед смертью у человека перед глазами проносится вся его жизнь.
Именно таким методом божественная стерва пытается вернуть мне память. Раз за разом эта мстительная особа отправляет меня на смерть в новое тело. Потом мы мило беседуем и, не получив желаемого, богиня вновь отправляет меня на перерождение.
Я давно уже сбился со счёта своих смертей.
В начале меня топили, обезглавливали, четвертовали, травили ядами. А затем богиня врубила режим «полной суки» и началась настоящая жесть. Меня ещё живого сжигали или сдирали кожу, четвертовали лошадьми и даже заживо хоронили.
А однажды в настоящего оборотня превратили.
Мало того, что сперва меня едва не до смерти порвал волк. С силой, с толком и расстановкой, что говорится от всей своей волчьей души. Так потом, когда я и сам перестал быть человеком, эти уроды-экспериментаторы уколы мне делали.
