— Я не понимаю вашей человеческой любви, но для меня она означает преданность. Преданность мне и моему клану. А если такова твоя любовь, то это самообман, мой маленький филин. Я такой, каким я был вчера ночью и такой как сейчас перед тобой. Меня такого разного нужно воспринимать как одно целое. А если нет, тогда мы оба играем друг другом! — Криво усмехнувшись, Ральф поцеловал её в тонкий изгиб шеи, оставляя след от засоса, опускаясь всё ниже и ниже.
Когда страсть заглушила все сомнения и противоречия, сокрушительно обрушившись на них умопомрачением исполненного желания, Ральф приподнялся на руках и, ловя её последние стоны удовольствия, иронично спросил:
— И ты будешь спорить со мной, что не принадлежишь мне, Мэг?
— Но и ты не будешь спорить, что привязался ко мне, князь! — тяжело дыша, ответила она.
— Ну, если тебе нравится слово «привязался»! — пожал он плечами. — Скорее я заразился страшной людской болезнью из иного мира, и чтобы не пугать остальных лугару, будет разумнее, если признаки этой болезни будут укрыты от чужих глаз. Ты словно бешенство для оборотня! Своими доверчивыми глазами, тонкими пальчиками и мягкими губами ты заразила меня этой гадостью!
— Тогда лечись пока не поздно! — сердито оттолкнула она его от себя. — Ступай к этому лысому чудовищу за спасительным зельем!
Ральф, потешаясь над её обидой, смеясь, повалил её обратно.
— Думаю, мне стоит немного омрачить вашу радость! — возник из воздуха беспристрастный глухой голос чародея, а потом явился и он сам.
— Это уже входит у тебя в дурную привычку, Магнус! — резко бросил князь.
— И это всё ради нашего клана, поверь мне, мой князь, ради твоего спасения.
— Что, что опять такого стряслось?! Только не говорите мне, что ничего не получилось! Я просто больше не вынесу! — устало и испугано произнесла Мэг.
— Ребёнок зачат, ваше величие! — чародей демонстративно обратился к своему повелителю. — Но теперь его нужно сохранить. Тела людей отличаются от лугару. Они слабы. Плод может не прижиться в её теле, так как каждое его превращение внутри чрева будет причинять женщине невыносимые страдания и, в конце концов, убьёт её.
— Прекрасно, болван! — гневно воскликнул Ральф, — А почему ты раньше ничего не говорил об этом?! Или это тоже проклятье?!
— Я открываю перед вами врата трудностей, когда они появляются на горизонте. Раньше вам не нужно было углубляться в эту проблему. Сейчас настало время двигаться дальше. Этот опасный путь только начался! И чем дальше, тем будет труднее. Я предупреждаю заранее, чтобы потом не выносить твой гнев, князь! — холодно процедил Магнус.
— Что нужно сделать, чтобы сохранить ребёнка?
— Мэган должна напиться сока стонущего граба, животворящей крови магического дерева! — торжественно прошелестел старик и уставился на оторопевшего князя.
— Что?!! — Ральф взревел, подскочив с места.
— И чем быстрее вы туда отправитесь, тем у вас будет больше шансов спастись. Потому что желательно успеть до следующего полнолуния, пока зародыш не начал пожирать свою мать.
Мэган переводила тревожные взгляды с одного на другого. Она не понимала, почему так буйствует князь. Он, вдруг схватив массивное деревянное кресло, яростно швырнул его в окно, а второе растрощил прямо об пол.
— Может, ты мне всё-таки объяснишь, что всё это значит? — сдержано, и как можно громче произнесла она.
— Это значит, Мэган, что нужно уже сегодня отправляться в провинцию, где произрастает этот священный граб! — ответил ей вместо Ральфа чародей. — Путь лежит в далёкие земли, и если спешить, не сбавляя шага, можно поспеть до полной луны. Сейчас на месте той провинции господствует клан «ночных призраков». Несколько лет назад, в жестоких сражениях они отвоевали себе эту территорию. Их князь Тигран велик и могуч, и жесток даже не по звериным меркам.
— И я не могу отправиться туда, взяв с собой всё своё войско! — добавил уже Ральф. — Это будет означать войну! Я не могу протащить за собой тысячи своих воинов через несколько провинций! Нам придётся пробираться туда с небольшим отрядом, а земля вокруг священного граба залита кровью, которую проливало за него не одно поколение лугару. Говорят, она никогда там не высыхает. Даже я не уверен, что мы сможем пробраться туда! Тигран отлично надрессировал своих собак, граб охраняют сотни вооруженных до зубов стражников! — Ральф зарычал от отчаянья, сжимая кулаки.
— Уйди, Магнус! — быстро кивнула Мэг, хмурому чародею. — Оставь нас, мне нужно поговорить с ним.
Мягко ступая, она подошла к князю и заглянула в его искаженное лицо. Сначала Мэг просто гладила его по щеке, убирая со лба волосы и проводя по губам кончиками пальцев. Затем тихо заговорила:
— Ведь отступать некуда, если есть надежда, значит нужно идти вперед. Мы пройдем, я верю в тебя. Ты не менее силен и ловок, твои воины отважны и преданы тебе, и я отправлюсь за тобой с полной уверенностью в твоей победе.
