Они поднялись на нужную лестничную клетку (лифт третий день не работал, и чинить его не спешили), и он достал ключи.
Тики закатил глаза и отвесил ему легкий щелбан.
— Двадцать пять лет я жил, а тут какой-то рукопашник меня убьет, вот спасибо, — хмыкнул он и услышал неразборчивое: «И об этом мы еще тоже поговорим…». И — хохотнул. — Если что — ты ударил меня в живот.
Аллен замер на мгновение, чтобы в следующую же секунду заехать ему ногой чуть выше бедра, буквально выбивая из лёгких весь воздух, и Тики ошарашенно вскрикнул, во все глаза уставившись на невозмутимо посмотревшего на него юношу, и непонимающе нахмурил брови.
— Чтобы он поверил, — просто ответил на невысказанный вопрос этот чёртов редиска и сразу же потянулся к нему, легко целуя в уголок губ и ещё больше вводя в состояние полнейшего потрясения. — И я не сильно, так что скоро пройдёт, — уже поспешно пробормотал он, стремительно отстраняясь и отводя взгляд, и бросился к двери.
Тики запоздало согнулся, понимая, что удар у Аллена довольно тяжёлый (ну конечно! этот мальчишка же с несколько недель назад зарезал двух взрослых амбалов, Микк! Тебе стоит беспокоиться за свою безопасность, а не за этого соблазнительного малолетнего убийцу), и обескураженно хохотнул, обещая себе обязательно отомстить.
Например, связать его как-нибудь разок и брать медленно-медленно, наслаждаясь просящими стонами.
Тики предвкушающе облизнулся, сразу же болезненно застонав, и всё же зашёл в квартиру слишком проблемных братьев.
Стоит ли говорить, что Неа, увидевший согнувшуюся в три погибели фигуру Микка, был в восторге?
Комментарий к Op.14
Репертуар:
Scorpions — Lorelei
Ozzy Osbourne & Lita Ford — Close my eyes forever
Bon Jovi — Bed Of Roses
Guns ‘N’ Roses — This I love
Scorpions — Wind of Change
Europe — Dreamer
========== Op.15 ==========
— А ты не сильно его ударил? — все-таки взволнованно вздохнул Неа, когда они уже ушли на кухню, где Аллен тут же поставил чайник. Юноша, вспомнив полное страдания лицо Тики, которому уже явно не было больно, прыснул и махнул в ответ рукой.
— Синяк будет, но я еще был добрым, на самом деле, — наигранно спокойно бросил он, памятуя о том, вообще-то, что до этого Микк поцеловал его аж два раза, и это были чертовы первые поцелуи в его жизни.
Уже за это стоило отомстить этому повесе и засранцу, потому что Аллен… не был готов к такому!..
Или — был.
На самом деле, это было уже не так важно, и стоило, наверное, просто принять все как факт, но…
Наверное, Аллену просто не верилось в происходящее. Потому что он… и правда, совершенно окончательно сегодня обрел семью. Частью которой был Тики Микк, с которым он не далее часа назад целовался на лестничной клетке.
Черт.
Неа, глядя на очень живописные, как видно, метаморфозы на его лице, рассмеялся и покачал головой, явно истолковав все по-своему.
— Маленький куриный палач, — выдавил мужчина сквозь смех, и юноша сердито покраснел.
— Иди ты…
Вскоре чай пошел ароматным дымком из чашек, и Аллен устроился напротив брата за столом. Неа принял от него свой напиток и обхватил бокал руками. И — невесело улыбнулся.
— Тики уже вставил мне… — он пожевал губами, как видно решив не ругаться, и мотнул головой. — В общем, он меня уже выругал, да… И теперь… Ругай меня ты, Аллен. Я и правда… такой дурак!.. Но я очень… хочу знать, как вообще все это произошло.
Юноша опустил взгляд в чашку, не желая смотреть в этот момент на брата, не желая вообще ему что-либо рассказывать, не желая даже раскрываться ему по этому поводу.
Потому что Алиса была его сердцем. Трепетным и бархатным сердцем, сосредоточием слабости и нежности, искренности и света, и Аллен совершенно не горел желанием делиться тайной её происхождения с Неа. Особенно с Неа.
Потому что Алиса родилась тогда, когда он почти отчаялся и жил так, словно его уже похоронили: так тяжело было просто дышать. Ему казалось, словно на плечах была целая гора, неподъёмная и массивная, протыкающая острой вершиной небо, и она придавливала Уолкера к земле, словно какое-то жалкое насекомое, которое не было способно защитить себя.
Алиса полной грудью вдыхала свежий воздух.
Алиса жила и восторженно глядела вперёд.
Алиса была добра ко всем окружающим и пыталась обогреть их своих голосом.
А Аллен леденел и каменел, с каждым новым днём придавливаемый к земле всё ниже и ниже.
Аллен молча захлёбывался в болотной жиже, не позволяя себе даже позвать кого-нибудь на помощь.
Аллен же… был ходячим мертвецом.
Потому что любимый старший брат погиб из-за него.
Потому что Адам охотится за ними.
Потому что Адам, его кумир, рядом с которым он провёл всё детство, желал убить всех, кто дорог Аллену.
Неа смотрел на юношу мягко, но просяще, и в его золотых глазах — у старика были такие же золотые глаза, только намного холоднее — плескалось беспокойство и желание наконец разобраться.
А Аллен не знал, как сказать ему, что Алиса родилась лишь потому, что сам Неа запрещал ему отвлекаться от всех окружавших проблем.
Ведь это только сильнее ранит брата, не так ли?
