Мужчина рассмеялся в ответ, когда Малыш вновь спрятал лицо у него на плече, и, какой-то слишком окрылённый, выдохнул ему в ухо, едва-едва касаясь кожи губами:
— Прощу, если поцелуешь.
Аллен дернулся, бросая на него загнанный взгляд, стушевался и зажмурился, замотав головой.
— Я… я не умею… — выдохнул он тихо, так и не открывая глаз и нервно цепляясь за рубашку мужчины на груди. И — все равно чуть подаваясь вперед.
Стоило весь прошедший год терпеть его безмолвие и раздражаться, чтобы теперь держать на коленях, смущенного и дрожащего от робости и волнения. Тики скорее ощутил, чем понял, что улыбается, и, притянув шумно вздохнувшего юношу к себе ближе, мягко скользнул языком по его нижней губе.
Аллен приоткрыл рот шире, прижимаясь к мужчине вплотную, и зарылся пальцами ему в волосы на затылке, на какой-то момент совершенно раскрываясь, беззащитный и ласковый почти до боли.
Такой естественный и искренний, что…
Тики чуть прикусил ему губу, заставляя широко распахнуть до этого зажмуренные глаза, и с легким сожалением отстранился.
— В школу ты уже стопроцентно опоздал… — рассеянно заметил он непонятно зачем. Малыш снова спрятал полыхающие щеки у него на груди и выдохнул в ответ:
— Знаешь, я уже не уверен, что хочу сегодня туда идти…
И быстрее, чем Микк, отчего-то обрадованный, успел хоть слово вставить, добавил:
— Но мне нужно сегодня в школу, Тики, так что-либо отвози меня, либо я уже побегу, — и с неохотой попытался выбраться с колен мужчины, но тот лишь сильнее прижал его к себе, ловя губами возмущённый вздох, и уткнулся подбородком в седую макушку, совершенно разнеженный и довольный.
Чувствовал ли Микк хоть когда-нибудь что-то такое? Понимал ли, что желание взять, овладеть, присвоить себе слабело перед жаждой просто быть рядом и тискать, прикасаться, почти невинно целовать?
Это было удивительно хотя бы потому, что Малыша хотелось видеть постоянно.
— Я отвезу тебя, — шепнул Тики, игнорируя бесполезные попытки Аллена вырваться, и погладил его по спине.
Юноша сдался, обреченно вздыхая, и потянул мужчину за длинный локон, несильно и почти ласково. Скользнул пальцами по щеке и остановился, чуть приподняв голову за подбородок.
Обеспокоенно нахмурился и пробежал подушечками пальцев по шее.
— Говори, — Тики легко усмехнулся, почти догадываясь, что беспокоит юношу, и провел ладонями по его бокам к бедрам, заставляя напрячься и непроизвольно прижаться ближе.
— Мы ведь должны будем сказать Неа, — виновато выдохнул Аллен, заправляя ему волосы за уши и так и замирая (у него были горячие пальцы, и Микк чуть вздрогнул, когда Малыш несильно нажал ими на ямочки у него за ушами). — Но… когда? И как он… как это все вообще будет выглядеть?..
Мужчина притянул его к себе и мягко провел носом по тонкой шее, чувствуя телом чужую взволнованную дрожь и борясь с безумным желанием оставить метку на светлой коже.
— Мы скажем, — пообещал он, потому что ему самого это не на шутку беспокоило (жизнь повернулась и правда весело), — но… не думаю, что сейчас. Скорее уж, когда все это кончится.
Аллен согласно кивнул с такой обречённостью и беспокойством на лице, что Тики захотелось хоть как-то поддержать его. Он успокаивающе мазнул губами по скуле, специально задевая линию шрама (и вызывая восхитительную мелкую дрожь), и ласково огладил бока, перебираясь ладонями на спину и пересчитывая пальцами позвонки.
Юноша затрепетал, выгнулся навстречу, заливаясь краской и не зная, куда деть сконфуженный взгляд, и резко выставил руки вперёд подобно заслону, лихорадочно выпаливая:
— Стоп! Мне в школу надо, Тики, чёрт бы тебя побрал! У меня нет времени с тобой здесь прохлаждаться: экзамены уже совсем скоро!
Мужчина с сожалением вздохнул, однако не позволяя ему пока отстраниться, и, все же поцеловав в шею, поднялся к уху.
— Все печально… — выдохнул он и только после этого ссадил Малыша со своих колен, поднимаясь на ноги и приглаживая встрепанные волосы. Юноша вцепился рукой в стол, совершенно обескураженный, как будто его повело, и вскинул на него удивленные глаза.
— П-почему?.. — поинтересовался он.
Тики пожал плечами.
— У тебя не будет времени на музыку в этот период, разве нет? — и на меня, мысленно добавил он, но вслух этого не сказал.
Аллен тут же замотал головой, словно приходя в себя, и взмахнул руками.
— Непра-а-вда! Конечно, будет! Всегда же было!..
— У тебя выпуск, вообще-то, потому небось и пашете в субботу, — заметил мужчина, легко касаясь его плеча и направляясь к выходу из кухни. — Поехали?
Юноша подскочил, что-то забормотав в согласие, и, захватив из комнаты школьную сумку, выскочил вслед за Тики из квартиры, несколько минут провозившись с замком и ключами (Микку показалось это слишком милым, отчего даже привычное при таких ситуациях раздражение куда-то подевалось).
Школа редиски оказалась на другом конце города, и добираться до неё пришлось с полчаса, что несказанно удивило мужчину, который отчего-то думал, что Неа отдал брата учиться куда-нибудь в поблизости.
