— Добрый вечер, — вежливо поздоровался Уолкер (эта болезненная вежливость, которая определённо точно уже въелась ему под кожу) и прикрыл за собой дверь. — Не помешаю?
Парень поспешно замотал головой из стороны в сторону, откладывая раскрытую книгу на стол, и встал с кресла, видимо, чтобы тоже поприветствовать Аллена.
— Нет-нет, проходи, — пробормотал он, всё ещё слегка ошеломлённый происходящим, и глубоко вздохнул, пропуская юношу к себе. — Просто немного неожиданно тебя видеть здесь.
— Адам — мой отец, — ответил Уолкер на этот перефразированный вопрос и спокойно сел в кресло, отмечая, что комната была вполне опрятной и широкой: двуспальная кровать, разлапистая люстра, широкое окно, шкафы, письменный стол — типичная такая комната для житья.
— Ещё более неожиданно, — полузадушено выдал Вайзли, и Аллен позволил себе иронично ухмыльнуться, но не более.
— В общем… я пришел сказать, что тебя здесь больше ничто не держит, — с отсутствующим лицом известил парня Уолкер, скрещивая руки на груди и глядя куда угодно, но не на замершего на месте «младшего», как его иногда с беззлобной усмешкой называл Тики.
Тики. И Неа. Надо как можно скорее убедить их не делать глупостей, раз уж оставил такую провокационную в своей прощальности записку, стремясь как можно скорее выдворить Адама из квартиры.
— Это ты меня своим королевским приказом выдворяешь, что ли? — надо отдать Вайзли должное, отмер он почти сразу. Тоже скрестил на груди руки, возвышаясь над юношей и легко усмехаясь. — Но ты же ведь знаешь, что я тут же поеду к Тики расскажу ему все как есть? — поинтересовался он, как только Аллен коротко кивнул.
Уолкер усмехнулся шире.
— А мне это и нужно, — заметил он и полез в свою сумку, с которой за все это время так и не расстался. — Точнее, мне нужно, чтобы ты отправился по адресу, который я тебе сейчас дам, и отговорил своего брата — и моего тоже — от какой-нибудь рискованной затеи, которую они наверняка уже продумывают, если Неа перестал истерить и немного пришел в себя.
Вайзли смотрел на него недоверчиво, но как-то… одобрительно, что ли? Как будто сам в первую очередь, окажись на его месте, поступил бы также.
— Но надолго сдержать их у меня все равно вряд ли выйдет, — указал он наконец. — Они все равно придут за тобой, как бы ты ни старался сбежать от этого.
Аллен знал это, знал. И ему… ему нужно было всего-то лишь пару дней, чтобы со всем здесь управиться и улететь — куда-нибудь, где его не смогут найти.
— Мне и не надо долго, — мотнул головой юноша, быстро черкая в найденном блокноте адрес своей квартиры и вырывая исписанный листок, чтобы передать его Вайзли. — Хоть пару дней. Можешь любую машину взять, скажешь — наследник велел.
— Но я… водить не умею, — совершенно растерялся между тем парень, однако принимая все же листок с адресом и тут же суя его в карман брюк. — Я могу…
— Бери хоть лимузин с личным водителем, — махнул рукой юноша поднимаясь. — Просто предупреди их как можно скорее, ясно? Сунутся — умрут.
Вайзли вздрогнул, шумно вдохнув через нос, и резко кивнул, сразу же направляясь к двери.
— Спасибо, — просипел он на прощание, и Аллен лишь фыркнул, даже не смотря в его сторону. Просто потому, что не мог себя заставить это сделать. — Правда, спасибо.
— Да иди уже, — огрызнулся юноша, прикрывая глаза, как вдруг спохватился и окликнул его: — Стой! Подожди! — Уолкер поспешно чиркнул в блокноте номер телефона, который помнил наизусть все эти одиннадцать лет, который снился ему каждый месяц, который вряд ли поменялся, потому что Адам, опять же, был ужасным консерватором и просто лентяем в таких делах. — Вот, как всё сделаешь, обязательно позвони, слышишь? — беспокойство всё же просочилось наружу, вылилось в взволнованной дрожи, а Вайзли понимающе улыбнулся, уверенно кивнув, и, взяв вырванный листок, вышел из комнаты, оставив юношу наедине с самим собой и своими мыслями.
Аллен тяжело вздохнул, внезапно почувствовав слабость в ногах, и снова упал в кресло, тупо уставившись в потолок и не находя в себе сил уйти, как хотел.
Телефон, который он дал Вайзли, был домашним здесь, в этом особняке, и юноша действительно был уверен, что его так никто и не изменил. Да и зачем? Только лишняя морока, на самом деле.
У него вот был для всего только один телефон. Ему все равно мало кто звонил — только самые важные.
И именно поэтому сегодня он оставил телефон дома — потому что знал, что звонить будут все. И Неа, и Тики, и Лина, и Кросс… В общем, это только добавило бы ему суеты, даже при условии, что телефон можно отключить.
Лучше он потом купит новый.
Минут через десять после ухода Вайзли Аллен все-таки снова поднялся и на этот раз нашел в себе силы покинуть комнату. Он выскользнул в коридор, аккуратно притворив за собой дверь, проследил в одно из окон, как из ворот выезжает автомобиль, и кивнул сам себе.
Вайзли был просто должен успеть. Прошло не так уж и много времени, хотя в кафе, конечно, его хватились наверняка почти сразу. Но в кафе — это же не дома, верно? А Тики должен был прийти на концерт только в начале девятого.
