— Простите, а куда мы так грустно и так широко шагаем, и даже на рынок попить чаю не зайдем? — уже в который раз дернул меня за рукав рясы гном, пытаясь остановить.
Каждый раз, когда мы проходили мимо очередной витрины или поворота к рынку, Табар предлагал, просил, а порою даже требовал «попить чаю». И я прекрасно его понимал — будь ты даже хоть полноправный и единственный владелец всех доходных мест в «яслях», но о сумме в 20 000 монет можешь только мечтать. На низких уровнях просто физически невозможно заработать таких денег — любой комплект одежды обойдется максимум в несколько десятков монет, и это считая чары и улучшения.
А тут пустили кота на молочную автофабрику — столько денег на руках, а потратить «злой господин главный мертвяк» не дает.
Алекса с нами уже не было, два новичка спокойно шли рядом, ни о чем не спрашивая и в наши с бородатым торговцем дела не вмешиваясь, чем заслужили несколько очков моего уважения в свой адрес. В отличии от кое-кого не в меру бородатого, приставучего и болтливого.
— Определенно, ви что-то имеете против чая. Может, у вас, мертвяков, на него аллергия. Или, — он вдруг остановился и умолк, — Уважаемый, уж не расист ли ви? Скажите мне прямо в бороду вот этого кристально честного лица, господин Бес. Ви — антисемит?
— Чего?
— Ну, то есть ви из тех, кто ненавидит таких как я гномов?
Спокойно, Ваня, только не ржать. Ох и насоветовал же Алекс мне помощничка!
Мигнула иконка, на которую я раньше и внимание-то никогда не обращал — на ЗК-аккаунте принимать и отправлять персональную почту было нельзя.
Не замедляя шага, я открыл письмо.
«Св2» — это значит, связной от второго. Специально созданный временный персонаж, чтобы бросать мне весточки с «большой земли». Ну а фраза про завтрак означала, что мне нужно срочно выйти из игры. Зачем? Никаких дополнительных инструкций на этот счет не было.
Вот только выходить на глазах у соклановцев нельзя — я ведь для них обычный «непись». А значит… Значит, пора действительно «попить чаю».
— Мне еда не нужна. А вы — голодны? — повернулся я к остальным.
Гном не проронил ни слова, но в его глазах загорелся огонек надежды.
Рашкинс и Шворц переглянулись и одновременно кивнули. Любопытно, а что еще кроме обмена параметров во время крафта дает им наставничество, да еще и перекрестное? Кажется, там еще прибавка опыта идет до какого-то уровня…
— Табар, вот деньги. Накорми ребят и приодень. И заодно присмотрись, может, инструмент какой на них будет, но пока не покупай — вместе будем решать.
Я передал торговцу 500 монет. Тот умело скрыл вздох разочарования, И задал вопрос:
— А ви чем займетесь, господин главный мертвяк?
— Всякими важными клановыми делами.
Опасность? Что может нам угрожать посреди людной улицы города, где полно стражи? Впрочем, мое запредельное Восприятие обостряло не только шестое чувство, но еще и парочку других. Похоже, мой маневр с передачей денег не ускользнул от чьих-то пытливых глаз, и набитый золотом кошель попытался второй раз сменить хозяина — на этот раз незаконно.
«Оковы Веры» приковали руку воришки к моей накрепко — чтобы освободиться, ему придется использовать рассеивание магии не ниже 40-го уровня или отрезать себе руку.
— Дяденька, отпустите меня пожалуйста, бес попутал! — заученно-привычно заверещал мальчонка лет 12, — маменька болеет, младшие сестренки плачут, кушать хотят…
— А не лопнут твои сестренки, от такого количества-то? — ухмыльнулся Рашкинс.
Как ремесленник, работающий в городе, он уже наверняка не раз имел дело вот с такими воришками, которых игра активно генерировала в людных местах, где водятся лишние деньжата и беспечные игроки.
— Конфеток куплю младшенькой, день рождения у нее вчерась было, — снова попробовал вырвать руку из магического захвата карманник.
Вот гад, а! Хотя, он ведь не виноват, что заскриптован на такое вот поведение.
— Дяденька, отпустите! Маменьку бессмертные в замок увели, важным господам на потеху, а братишка младший заболел, — снова запричитал «непись», выдавая очередную случайную легенду из базы данных.
— Ай-ай, — сочувственно замотал головой гном, — Такой маленький — и уже сирота. Господин главный мертвяк, да отпустите вы его. Ну посмотрите сами — одни кожа да кости, ну чего там кушать? С него еще и поперек горла встанет, не постесняется…
— Р-р-р, — не смог я придумать ничего лучше.
— Ой встану! Как пить дать встану!
— Эх… — задумчиво ковыряюсь пальцем в зубах, давая пленнику получше рассмотреть мое лицо, обезображенное трупными пятнами.
— Может, я вас лучше к брату отведу? Он у меня упитанный, дяденька мертвяк.
Похоже, к делу подключился ИскИн помощнее. Ладно, черт с ним, пусть гуляет.
Я снял «Оковы», и малец в мгновение ока скрылся в толпе.
