– Можно мне узнать… почему Сал скончалась?
Глаза Мамы стали другими, и вокруг рта появилась какая-то жестокая складка.
– Зачем такие вопросы?
– Простите меня. Я просто полюбопытствовала…
– Не твое дело любопытствовать.
– Я очень-очень виновата.
– Что тебе до этого? Так случилось, вот и все.
Потом, после долгой паузы, лицо Мамы смягчилось.
– Я думаю, мы правильно сделали, что не взяли с собой Джози сегодня, – сказала она. – Она нездорова сейчас. Но вот мы сидим тут, и я по ней скучаю. – Она оглянулась и посмотрела на водопад. Потом повернулась обратно, и ее взгляд прошел мимо меня, туда, где были прохожие, собаки, ИД и ИП. – Так, Клара, хорошо. Раз Джози тут с нами нет, я хочу, чтобы
– Прошу прощения. Я не понимаю.
– Ты для меня так делала уже. В тот день, когда мы забрали тебя из магазина. Забыть ты вряд ли могла.
– Я помню, конечно.
– Я хочу сказать – ты вряд ли могла забыть, как это делать. Идти походкой Джози.
– Я смогу идти, как она. И даже более тонко теперь сумею ей подражать, ведь я лучше ее узнала, в разных ситуациях ее видела. Однако вот…
– Что – однако вот?
– Простите меня. Я не то сказала.
Мама смотрела на меня, потом сказала:
– Хорошо. Но я, так или иначе, не походку хочу увидеть в твоем исполнении. Вот мы сидим здесь вдвоем. Приятное место, приятный день. И я предвкушала, что мы будем тут с Джози. Поэтому я вот о чем тебя попрошу, Клара. Ты же сообразительная. Если бы сейчас не ты тут сидела, а она, то как бы она сидела? Вряд ли так, как ты сидишь.
– Нет. Джози бы скорее… так.
Мама ближе наклонилась над столом, ее глаза до того сузились, что лицо стало занимать восемь секций, оставив водопаду только крайние секции, и какое-то время у меня было чувство, что выражение ее глаз меняется от секции к секции. В одной, например, они смеялись жестоким смехом, но в соседней были полны печали. Шум водопада, голоса детей и лай собак – все утихло, чтобы дать место тому, что Мама готовилась сказать.
– Хорошо. Очень хорошо. Но сейчас я хочу, чтобы ты чуть-чуть пошевелилась. Сделай что-нибудь. Не переставай быть Джози. Дай мне увидеть ее не застывшей.
Я улыбнулась улыбкой Джози и села развалясь, непринужденно.
– Хорошо. Теперь скажи что-нибудь. Хочу услышать, как ты разговариваешь.
– Простите меня. Я не уверена…
– Нет. Это Клара. А мне нужна Джози.
– Привет, мама. Вот она я.
– Хорошо. Еще. Продолжай.
– Привет, мама. Со мной все норм, не переживай. Вот она я тут, все со мной в порядке.
Мама еще дальше наклонилась через стол, и я видела в секциях радость, страх, печаль, смех. Из-за того что все остальное вокруг утихло, мне было слышно, как она шепчет: «Хорошо, хорошо, хорошо».
– Я тебе говорила, что буду в норме, – сказала я. – Права была Мелания. Ничего со мной такого. Устала немножко, вот и все.
– Прости меня, Джози, – сказала Мама. – Прости, что не повезла тебя сюда сегодня.
– Ничего страшного. Я знаю, что ты обо мне беспокоишься. А со мной порядок.
– Я бы хотела, чтобы ты тут была. Но тебя тут нет. Я очень хочу, чтобы ты перестала болеть.
– Не переживай, мама. Я выздоровею, все будет отлично.
– Как ты можешь знать? Что ты в этом понимаешь? Ты девочка всего-навсего. Девочка, которая любит жизнь и верит, что все можно поправить. Что ты в этом понимаешь?
– Все хорошо, мама, не волнуйся. Я скоро выздоровею. Я даже знаю, как это произойдет.
– Что? Что ты сказала? Ты думаешь, ты больше знаешь, чем врачи? Больше, чем я? Твоя сестра тоже давала обещания. Но не сумела их сдержать. Не делай так, пожалуйста.
– Но, мама, послушай. Сал другим была больна, не этим. Я выздоровею.
– Ну хорошо, Джози. Расскажи мне тогда, как ты выздоровеешь.
– Особая помощь ко мне идет. То, о чем никто до сих пор не думал. И тогда я поправлюсь.
– Что это за помощь? Кто это говорит?
Теперь в одной секции за другой я видела, как сильно заострились под кожей Мамины скулы.
– Честно, мама. Я выздоровею.
– Так, хватит. Хватит!
Мама встала и отошла. Я снова тогда увидела водопад, и шум его – как и голоса людей у меня за спиной – вернулся громче прежнего.
Мама остановилась у деревянных перил, за которыми кончалась поляна и начинался водопад. Я видела висящую перед ней водяную пыль, и мне подумалось, что она мигом станет мокрая, но она продолжала стоять спиной ко мне. Потом наконец повернулась и махнула рукой.
– Клара. Иди сюда. Иди посмотри.
Я встала со скамьи и пошла к ней. Она назвала меня Кларой, поэтому я знала, что не надо больше пытаться изобразить Джози. Жестом она показала мне, чтобы я подошла еще ближе.
– Взгляни-ка отсюда. Ты же никогда не видела водопада. Так что взгляни. Как тебе зрелище?
– Чудесно. Гораздо сильней впечатляет, чем в журнале.
– Нечто особенное, правда? Ну, я рада, что ты это видишь. А теперь поехали обратно. Я беспокоюсь из-за Джози.
