– А если лучше подумать? – спросил он.
– Что лучше подумать? – не поняла его Исидора.
– Ну, если подумать логически и без этих твоих слезливых эмоций. Вспомни-ка, ты хотела отомстить, ты на это положила жизнь.
– Я уже не хочу, – со вздохом произнесла девушка. – Это не моя сестра, это демоны заставили ее так со мной поступить.
Алеш иронично хмыкнул.
– Не будь наивной, Исидора, ни один демон не вселится в человека против его воли. И твою сестру вначале соблазнили властью и развратом, а потом уже она пустила в себя демона. Он в ней присутствует своим духом, и он не управляет ею, а направляет. Решения принимает твоя сестра. И я хочу понять, как тебя прокляли, что ты стала неудачницей. Расскажи мне о своей жизни.
– О какой? – осторожно спросила Исидора.
– О прежней, до того, как тебя пленили и засадили в темницу.
– Нечего рассказывать. Я жила, жила и попала в темницу, перед этим меня мучили и насиловали. Вот и все.
– Исидора, так не бывает. Чтобы проклятие появилось в человеке, его надо пустить в себя и совершить плохой поступок. Рассказывай.
– Я? Почему я должна тебе рассказывать о своем личном?
– Потому что мы – одно целое, и у тебя нет ничего личного, твое личное – это мое личное. Поняла?
– Поняла, – ответила Исидора и отвернулась. – Мне стыдно об этом говорить.
– Придется, иначе мы будем вечно попадать в тюрьму, и у меня не хватит ребер тебя оживлять.
– А ты не будешь меня презирать? – спросила Исидора.
– Не буду.
– Тогда слушай. Я очень хотела выйти замуж за своего жениха, очень, понимаешь, он такой красавец. Ну, это уже не имеет значения, я даже не хочу его имени называть. Так вот, я пошла к колдунье, чтобы его приворожить.
Исидора замолчала и отвернулась.
– И что дальше? – поторопил Алеш, толкнув ее в бок.
– А дальше она сказала, чтобы я собрала свою кровь… из этого места. – Исидора сильно покраснела.
– Из какого места? – удивленно переспросил Прокс.
– Ты знаешь, что у женщин регулярно выводится кровь из организма?
– Ну, знаю, и что?
– А то, что эту кровь нужно было собрать и подмешать в вино жениху.
– И ты подмешала?
– Да, но его выпил его отец, он выхватил у меня из рук бокал и залпом выпил. Это было во время праздника, меня не пускали, но я пробралась.
– Дальше что?
– Дальше он начал за мной бегать и требовать отдаться ему. Колдовство сработало, это видела моя сестра и долго хохотала надо мной. И стала рассказывать про этот случай своим друзьям. Я в отместку ей подсыпала слабительного, и она обос… В общем, случилась у нее неприятность при гостях. Вот, больше дурного я не делала.
– Не думаю, что это позволило наложить на тебя проклятие. Что было при ритуале, когда тебя засадили в темницу?
– Ты хочешь знать подробности того, как меня насиловали?
– Нет, что тебя заставили говорить, – ответил Прокс.
– Меня? Дай вспомнить… Мне говорили, чтобы я просила Неназываемого проклясть меня.
– А ты?
– А что я? Мне было ужасно больно и стыдно. Я делала все, что мне говорили.
– Так. И это все?
– Ну, не знаю, столько времени прошло, я многое позабыла. Если вспомню, то скажу.
– Не надо, – раздался рядом знакомый голос.
Снег на улице, словно капризная балерина, кружился в причудливом танце, превращаясь в липкую, грязную кашицу, которая хлюпала под ногами прохожих.
Штифтан, сидя у окна, задумчиво смотрел на эту серую мглу. Вот уже две недели он жил в этом трактире, ожидая вестей от Вейса. Все его дела на Сивилле были завершены, и он томился в одиночестве.
Эрат Штифтан привык к размеренной жизни на станциях. Здесь он родился, учился и даже проходил недолгую практику на диких планетах – мирах Конфедерации Шлозвенга, отстававших в техническом и культурном развитии от планет АОМ. Его душа рвалась обратно, в привычный круговорот жизни, где всего два перехода и два лифта отделяли его рабочий кабинет от уютной квартиры. Там все было просто и понятно: он работал с бумагами, отдавал приказы на основе аналитических выкладок. Просто и привычно. Всегда одна температура, нет снега и дождей. Раз в неделю можно посетить ресторан, а раз в месяц – бордель. Но в последнее время его сердце было занято романом с секретаршей, который так настойчиво рекомендовал ему Вейс.
Эрат скучал и по своей возлюбленной. Спутник он так и не нашел и отправил Вейсу сообщение, в котором предположил, что это дело рук недовольных богов.
«Смешно даже думать», – усмехнулся Штифтан, осознавая, что вынужден писать такую нелепую ерунду. Но и логического объяснения исчезновения спутника АДа у него не было. Чередой шли тоскливые дни, и казалось, о нем забыли.
Он наблюдал, как поскользнулась немолодая женщина с корзиной в руках. Все здесь были одеты в простую грубую одежду из натуральных волокон, а в холода носили овчинные накидки, которые источали резкий запах кислого пота. Недалеко от него сидел человек, за которым, по словам мага «Духа», велось наблюдение. Штифтан давно перестал замечать его, пусть сидит себе.
