О! А вот и мое спасение прибыло. Официант словно вырос из-под земли с подносом. Глоток терпкого вина приятно обжигал рот, пока Олька делала длинную затяжку сигаретным дымом.
— Получается, никакой английский язык ты не преподаешь.
Было слышно, как в ее голове зашевелились мозги.
Я едва не поперхнулась. Прицепилась, зараза.
— Почему это?
— Вот и мне интересно, — с умным выражением лица моя так называемая подруга потушила сигарету о пепельницу с логотипом заведения, в котором мы находились в данный момент.
Да, Кривошеева не особо была в курсе того, что в «корочке» моего первого высшего образования напротив графы «специальность» была надпись: «Учитель начальных классов». Во втором же, дополнительном — «Учитель иностранного языка». По сути у меня имелось два образования в отличие от некоторых, что сидели напротив с недовольной миной, готовясь поймать меня на крючок своего любопытства.
— А говорила, востребована как специалист иностранного языка, — не унималась она.
— Мои знания иностранного языка все ещё востребованы, не переживай, детки богачей учат английский чуть ли не с пеленок, а именно с первого класса. Просто в этом учебном году им срочно понадобился толковый классный руководитель. И оп! Я тут как тут. Всегда рада помочь. Почему бы не попробовать этот опыт? «Классная» — это призвание.
Пожимая плечами, я сделала несколько глотков алкоголя, который потихоньку действовал на мой организм. Главное, не на нервы, как Кривошеева со своей глупой улыбочкой на губах.
Она долго так смотрела на меня, наблюдала за моими действиями, пока змея не ужалила:
— Может, хватит уже заливать, Брагина.
— Нет, мне мало этого напитка, — махнула я рукой. — Официант!
— Хватит врать, Маш.
— Кто врет? Я вру?
— Не я же.
— С чего ты взяла?
В смысле я вру? От ее наглости практически подавилась новой порцией коктейля.
— Что ты постоянно чего-то не договариваешь. Вечно ищешь, какую-то выгоду для себя из сказанного, не перестаёшь хвастаться и откровенно лгать.
— Например? — приняла ее вызов, выпятив грудь.
— Далеко ходить не нужно. Я не верю, что ты переспала с тем придурком, — выдает она мне как на духу.
— К-конечно, п-переспала… — я даже начала заикаться от негодования.
Еще как переспала.
— Я не удивлена и не разочарована, Брагина, — ответила та с невозмутимым спокойствием.
— Естественно, да, — настаивала я на своем.
— Что да?
— Я переспала с ним.
— Ага, иди вон тому идиоту расскажи, — ткнула она пальцем в сторону какого-то незнакомого парня, сидящего за барной стойкой.
Я обернулась на него, поймав на себе взгляд озабоченного безумца, что облизывал свой стакан, затем вернула внимание довольной собой Кривошеевой.
— Вы с девочками видели, как я ушла с этим вашим «мачо». Кто здесь врет, так это ты.
— Видели. А самого главного — нет.
— То есть, ты мне не веришь? — злость закипала во мне основательно.
— Ни единому твоему слову.
Получалось что…
— Да ты просто подставила меня, стерва!
— Не стервозней тебя, детка.
— Сучка!
— От сучки слышу.
Еще одно гадкое слово в мой адрес, и я выдерну все ее жидкие волосенки на пустой голове.
— Можешь о нашей дружбе забыть, — предложила ей вместо всего, и начала поспешно собирать свои вещи. Больше ни одной минуты не желала находиться рядом с этой… Ах да, кинула на стол купюру за напитки. Не дай бог, она за меня расплатится!
— Не забудь в ближайшее время перечислить на мой счет выигрыш. Слишком кушать хочется, — сухо произнесла Кривошеева, не желая сдаваться.
Как же она меня бесила!
— Я переспала с ним, понятно?!
Привстав с места, я наклонилась к ней и заорала так громко, что даже присутствующие перестали жевать. Теперь их взгляды были устремлены на меня с особым любопытством.
— Ох, простите, — еще больше привстала, чтобы быть у всех на виду.
— Брагина, сядь, — послышалась мольба от Оли.
Конечно, я ее послушала.
— Дамы и господа, леди энд джентльмены! — обратилась я к ним, пока Олька шипела: «Господи, заткнись ты уже». — Вы только что стали свидетелями драмы под названием… «Как заставить переспать подругу за «бабки» с первым встречным, а потом кинуть ее на эти же «бабки». Спасибо! Занавес.
И плюхнулась на место. На весь зал прокатилось сожалеющее «Оу», а затем как ни в чем не бывало продолжился обыденный шум посетителей. Аплодисментов я, конечно же, не дождалась. Ну и ладно. Видимо, подруга я плохая, и актриса из меня хреновая. Раскрасневшаяся от эмоций и злая как черт на Ольку, я осушила залпом последний бокал.
Больше меня здесь ничего не держало.
— Представишь доказательства, тогда и поверю, — все, что я услышала от Кривошеевой, когда стремительно покидала теперь уже ненавистное мне заведение.
Саня
Да, детка. Еще.
Ммм…
Сладко.
Ах. Вот черт.
Да. Пустила в ход острые зубки. Но я потерплю… Ух.
Ещё немного. Вот так. Глубже бери… Всего…
Твою мать, вот это… Даже не знал, как назвать. Просто фейерверк ощущений.
Т-р-р!
Какого черта?
Не отвлекайся, продолжай.
Т-р-р!
Пусть катится к чертям, кто бы это ни был.
Т-р-р!
Что за ерунда?! Кому там приспичило?
Т-р-р!
Какого…?
