– Я думаю, но у меня не получается!.. Я устала, мне уже тошно. Кажется, я сама себя уничтожаю.
– У тебя неплохо получается. Нам же удалось расклеиться.
– Это благодаря тебе, – София поднимает глаза, в них стоят слёзы. – У меня не получается.
– Не падай духом. У тебя всё получится. Ты выживешь. Я знаю это, – Оливер берёт её за подбородок и заглядывает в глаза.
– Ох, не знаю я, – Софию вновь захватывает волна признательности и трепетного чувства к Оливеру. – Я так истощена и слаба, что у меня больше нет сил. Но я постараюсь.
Рыжий, Мария, Мигель и Макс постепенно превращаются в один клубок мяса. Свежего и мёртвого. Они всё больше погружаются друг в друга и приклеиваются разными частями тела почти мгновенно, стоит только прикоснуться. В этой мешанине София изо всех сил старается избегать повторных прикосновений, чтобы не склеиться ещё с кем-нибудь. Оливер помогает ей. Она постоянно смотрит на руку в страхе увеличения области склейки и напряжённо возвращает себя мыслями в эмоции детства. Это довольно сложно.
– Есть! – тихо произносит Гамерман, и на экране отображается проекция помещения, в котором они находятся.
Трейдер задаёт поиск-муравей подвижных частей стены, и огромное количество насекомых расползается по помещению, исследуя каждую щель. За минуту продиагностировав микрощели, они сосредотачиваются на одном участке стены, обрисовав контур проёма.
– А вот и дверь, которую мы ищем, – торжествующе улыбается Гамерман. – Осталось подобрать к ней ключик.
– Кажется, я слышу за дверью шорох и приглушённые голоса. Значит, кто-то ещё жив, – Ангелина подходит к вероятному месту двери.
Она водит руками по стене в поиске хотя бы мелкой, незначительной стыковки. Но всё как литое.
– Может, всё-таки не здесь? – говорит она Гамерману. – Здесь нет даже намёка. Никаких выступов, щелей, даже нет шероховатости.
– Спокойно. Без паники. Эта комната сделана из материала, по составу напоминающего жидкую сталь, которую используют при изготовлении космических кораблей и другого оборудования. Соединяясь с другим материалом, схожим по составу, они как бы сливаются друг с другом и вплавляются.
– Да, я что-то слышала об этом. Но в технике и строительстве не сильна. Мне в голову пришла аналогия, это похоже на то, как люди склеиваются, постепенно врастая в тела друг друга.
– Чёрт побери, – не реагируя на слова Ангелины, злится Гамерман. – Он заблокировал доступ в помещение. Потребуется ещё время, чтобы разблокировать.
Гамерман продолжает стучать по кнопкам в поиске решения. Ангелина – прощупывать стену. Она натыкается на сумки.
– Если я осмотрю сумки, меня никто не накажет за это?
– Думаю, что никто, – не отрывая глаз от экрана, говорит Гамерман.
Ангелина склоняется над грудой сумок и насчитывает пять штук, рядом стоят пять колпаков. Рюкзак Оливера она не видит, и это её настораживает. Хотя он может быть в миниатюре и валяться в любом уголке дома, тогда его заметить трудно. Она заметила, как Гамерман косился на её сумочку и, когда она достала оттуда термос и трансформировала его, выразил интерес. Пока они пили чай, она объяснила ему, что это миниатюра, и что все вещи у неё с собой в буквальном смысле. Это последняя новинка моды. На Земле этого точно пока нет, потому что землянам сейчас совсем не до научно-технического прогресса. В одной из сумок, явно девичьих, она обнаруживает много косметики, булочку, покрывшуюся плесенью, и шоколадку. Она ищет любую электронику или записную книжку, которая хоть что-то расскажет о владелице этой сумки. Но здесь ничего нет. Похоже, обладательница любит яркую косметику и покушать.
Внезапно Мария приходит в себя, как восстаёт из мёртвых. Она еле-еле шевелит руками и телом и пытается отделить от себя и отодвинуть всё больше прилипающих к ней рыжего и Мигеля, а теперь ещё и Макса.
– Как я вас всех ненавижу. Убила бы. Я всегда ненавидела людей и сторонилась социума, – произносит она еле слышно. – Я то беспрестанно ела всё, что ни попадало в руки, то ненавидела людей. Всегда грызлась со всеми, могла обидеть и легко подавить.
– Когда ты много ешь, это похоже на скрытую агрессию, – говорит Оливер, всё ещё стараясь удерживать Софию на расстоянии, чтобы она не прилипла больше. – Агрессию, направленную на себя, точно такую же, как и у алкоголиков, наркоманов, людей, склонных к большому риску – автомотогонщиков, игроков. Они направляют агрессию внутрь себя, иногда это их разрушает. Но когда эта агрессия становится осознанной, она направляется на окружающий мир, на людей.
Возня то начинается с новой силой, то прекращается, когда участники, обессилев, замирают в полузабытьи. Мария отбивается локтями и ногами, хотя свободных частей тела у неё теперь немного. Рыжий, Мигель и Макс пытаются оторвать от друг друга куски мяса и таким образом выжить. Мигель опять кусает Марию. Она, охнув, падает и тянет за собой остальных, опять превращая всё в клубок.
