Ольга предлагала переехать к ним в дом с папочкой. Папочка — это мой начальник Ольгердович и в случае переезда мою конспирацию можно смыть в золотой унитаз. Я не знаю, какие у них туалеты, но предполагаю, что золотые.
Спасибо, но своих денег достаточно, я не жалкий Альфонс.
Но Розам эту информацию не зачем знать.
— Ох, не знаю девочки, — устало выдохнул, показал не прикуренную сигарету. С правого плеча протянулась рука с зажигалкой, чиркнула и я наконец-то прикурил с наслаждением вдыхая дым. Приятная горечь маскировала осадок после отказа малолетки.
Мне отказать? Она ослепла, я ей честь оказывал своим вниманием.
— Не знаю, что со мной? — ладонь прислонил ко лбу, словно проверяя заболел или нет. — Все время думаю и думаю об одной девчонке. Выкинуть из головы не могу. Я заболел, да? — к одной Розе повернулся, словно взывая к помощи, потом к другой собеседнице. — А она не отвечает мне взаимностью! — с легким вздохом закончил, смотря на газон перед собой, а не на Андрюху, боялся увидеть реакцию друга на сказанные слова.
— Втюрился по самые яйца! — добавил я грустно.
— Всё та же? — услышал на ухо равнодушный вопрос, как бы невзначай.
— Да...да... — опять грустно закивал, затянулся с силой, лишь бы не засмеяться. Губы дрожали, стремясь растянуться в улыбке. — Уже рассказывал... Диана Абрамова... влюбился, не могу ни о ком думать!
Встал с фонтана, высвобождая женские пальцы с рук и плеч, подмигнул Андрею, с трудом сдержав улыбку не раскрытой. Указательным пальцем пульнул бычок в урну, стоящую в трех метрах от нас. Очко!
Не удержался победно поднял руки вверх, сжатые в кулаки, как я был рад попаданию в урну!
Шах и мат, Диана Абрамова!
Подкинул зажигалку в воздух и поймал. Чиркал и чиркал, стараясь зажечь пламя, а оно не работало, зато создавал веселый звук. Довольно вышагивал по остаткам зеленого газона (к зиме совсем не станет) когда к неожиданности зажигалка сработала. Яркое, красивое пламя загорелось перед лицом, огонек танцевал или дрожал от дуновения ветра, но не погасал.
Как, милая девочка, погаснешь или не погаснешь без меня?
Приползешь молить о помощи? Или справишься одна, как громко заявила?
POV Артем
На левой руке часы с круглым циферблатом подсказали точное время «17:50». С Романом — братом Эли — договорились встретиться на улице Весенняя. В Приаме существовали и Осенняя улица, и Летняя, но на деле жители этого округа мало представляли особенности проживания в данных климатических зонах. Жители знакомы преимущественно с зимними условиями (снегом и температурой приблизительно пятнадцать градусов холода). Целый год в Приаме властвовала зима, за исключением двух месяцев (июль, август), когда погода становилась по-летнему теплой.
В Пронске, откуда я прибыл, почти целый год командовала осень. Голые корявые ветви деревьев, дожди, грязная жижа под ногами и потухшее настроение — это то, что в точности характеризовало округ Пронск и его жителей. А в Приаме красивое покрывало белого снега на земле время от времени поднимало настроение, особенно в тяжелые минуты.
После бегства в Приам, благодаря Дине сняли однокомнатную квартиру. Сейчас оба пытались устроиться на работу. У подруги имелся неплохой запас денежных средств на черный день, на что благополучно проживали в Приаме. Не представляю, как бы выжил без ее помощи.
На улице моросил дождь, своими потоками почти насквозь пропитал джинсы и кроссовки.
Я с накинутым на голову капюшоном ворвался в помещение, принадлежавшее Роману. Сейчас оно работало, как обыкновенное кафе, в котором можно в уединенной обстановке поговорить или пообедать. После девяти вечера заведение превращалось в спорт-бар с подвыпившими мужчинами, рекой алкоголя и гулом возбужденных болельщиков.
В кафе обнаружил несколько знакомых лиц, поэтому сбросил сырой капюшон и махнул постояльцам кафе:
— Здорова! — улыбнулся. Это наши парни с острова. — Как же я рад вас видеть! — подал руку, с удовольствием приветствуя знакомых, сидевших за одним из столов.
Гости старше по годам, но я хорошо запомнил их лица, видно и они моё.
Роман у барной стойки, расположенной вдоль левой стены, отреагировал на приветствие взмахом граненного стакана с бело-синей жидкостью. Затем продолжил наливать алкоголь в бокалы, а я изучил его внешность, изменилось ли что-то с последней встречи. Высокий, худобу подчеркивал бежевый свитер, волосы пшенично-светлые обрамляли угловатое лицо. А Роман постоянно сдувал длинные пряди с глаз и орлиного носа с небольшой горбинкой. Даже усиленные тренировки на острове не сделали друга физически крупнее, зато умственно он развит очень сильно. Клейменный, накопивший за пять лет обучения в университете и одновременно работы в мире людей необходимую сумму денег для покупки кафе, заслужил редчайших даров и похвалы.
