— Успех операции зависит от случая, — не унимается Алан. — Необязательно землянка заинтересует именно повстанцев. А если это и произойдёт, что удержит мятежников от того, чтобы взять то, что им нужно, — того, кто им нужен? Мы не успеем ничего сделать, как они похитят светлячка. Что, если весь этот театр вообще не даст никаких результатов? Если не удастся обнаружить лидера, мы лишь потеряем объект.
Доводы генерал-лейтенанта убедительны, но только не для искателя приключений вроде Бронсона.
— Мы будем контролировать каждое мгновение операции, — с достоинством объясняет он. — Смотрю, ты сомневаешься в моей тактике, — с ухмылкой укоряет генерал Джонса.
— Я не сомневаюсь в таланте военнокомандующего, — с жаром отвечает Алан и смотрит на Бронсона, как на сумасшедшего. — Но, возможно, стоит подготовиться к подобной операции более основательно?
— Именно этим мы и занимаемся, — снисходительно объясняет генерал. — Мы решили, что спрячем землянку у Дэнниса. Теперь будем думать о…
— Что?!
— Как это?!
Сьерра и Алан восклицают одновременно, а потом, будто сговорившись, переводят взгляды с Бронсона на меня.
— Габи будет жить в квартире Дэна? — спрашивает Джонс едва ли спокойнее, но хотя бы тише.
С каких пор он зовёт землянку сокращённые именем? Разве не называл её, как остальные, то объектом, то — в лучшем случае — светлячком?..
— А вы что предлагаете? — искренне удивляется генерал. — Как говорится, хочешь что-то спрятать — положи на самое видное место. Камеры под контролем динатов, а значит, в случае чего, вы со Сьеррой первыми окажетесь под подозрением.
Бронсон обращается к Алану. Сьерра поднимает на генерала погасший бесцветный взгляд.
— Отец, ты лишился ума?
Джонсон приоткрывает рот от неожиданности, а потом начинает рассматривать потолок с таким видом, словно внезапно оглох и не слышал дерзости майора. Но я не готов проявить такую тактичность, поэтому смотрю прямо на Сьерру, а потом и на генерала, лицо которого искажается от злобы.
— Юная леди, попросил бы тебя… — однако он даже не может подобрать слов.
— Это откровенная чушь! — не унимается Сьерра. — Ты потеряешь всё, что имеешь, к тому же, опозоришься на всю Тальпу. Это опасно, в конце концов! По-настоящему опасно.
— Я понимаю природу твоей ревности, — не обдумав, произносит Бронсон и тут же замолкает на полуслове.
Сьерра бросает на меня быстрый взгляд.
— Как можно принимать такие опрометчивые решения? — пытается перевести разговор майор, но Бронсон грубо её прерывает:
— Сьерра, прекрати!
Девушка смотрит на него зло. Черты лица заостряются, брови сходятся у переносицы.
— Я прошу тебя покинуть эту комнату, — тихо просит генерал. — Позже поговорим, — и кивком указывает на дверь.
Сьерра складывает руки на груди.
— Немедленно, — голос Бронсона не предполагает компромиссов. — Не-мед-ленно, — протягивает он, а потом предупреждает уже мягче: — Это приказ, майор.
Алан осматривается, словно думая, где бы спрятаться.
В глазах Сьерры столько презрения, что не нужно никаких слов. Она долго смотрит на отца, посылает мне яростный взгляд, и только потом выходит из комнаты, высоко задрав подбородок.
Неловкая тишина давит, пока генерал не находит в себе силы продолжить, как ни в чём не бывало:
— Какие ещё препятствия нас ожидают?
Алан молчит, и я решаю подыграть Бронсону:
— Перед операцией землянке нужна настоящая солнечная энергия. Возможно, один раз мы могли бы вывести её на Нимфею?
Джонс резко поднимает голову. Его глаза расширяются от удивления, он несколько раз открывает и закрывает рот, но после конфликта со Сьеррой не решается произнести ни слова.
— Думаю, это возможно, — по-деловому отвечает генерал. — Алан и Сьерра будут сопровождать вас до самой Нимфеи и обратно. Молитву, или как там её, проведёте на крыше, вдали от камер, так, чтобы вас не видела ни одна душа. Ясно? В остальное время я должен быть уверен, что землянка не выходит из квартиры. Я не буду приставлять солдат к твоей двери, потому что у меня нет людей, которым я мог бы доверить этот вопрос. Но не сомневайся: стоит только тебе… — начинает Бронсон, то я решаю, что немного самоуверенности не повредит, и говорю убеждённо:
— Я помню, что отвечаю за неё головой.
«И если что-то пойдёт не так, то вы лично прикончите меня до того, как вас найдут», — я не забыл слова генерала, но удерживаюсь от того, чтобы повторять его пламенную речь полностью.
Генерал кивает с довольным видом, и уголки его губ приподнимаются в подобие улыбки.
— Мы сделаем землянке куар-код, а тебе внедрим датчик слежения.
— Разумеется, — с готовностью соглашаюсь я, боковым зрением замечая измученное выражение лица Алана.
— Сделай так, чтобы землянка вела себя, как мы, и не привлекала лишнего внимания. Операцию проведём спустя несколько дней в Шахте.
Приходится моргнуть несколько раз, чтобы выражение лица осталось равнодушным.
А генерал-лейтенант, не веря ушам, оказывается настолько ошеломлён, что на этот раз не успевает взять себя в руки.
— В Шахте?! Речь о притоне для виртуальных наркоманов?!