Столько лет я заступалась за подругу, отчаянно верила, что не напрасно. И что теперь? За мою верность чем она ответила? Оскорбила не только меня, но и моих родителей. Уязвила старейшин. Даже Верховную авгуру.
Я бегу так быстро, как только могу. Нона что-то кричит вслед, но ничего не слышу, не оборачиваюсь, не позволяю себе ни о чём думать, но всё-таки в сознании бьётся мысль, что путь обратно в город мне неизвестен.
Лишь краем глаза замечаю, что лес редеет. Лучи закатного Солнца, всё чаще пробиваясь сквозь кроны, ударяют по глазам, и я бегу почти вслепую. Когда удаётся поднять веки в очередной раз, впереди лежит пропасть. Уступ появляется так внезапно, что едва не срываюсь в бездну, но буквально за несколько шагов до обрыва останавливаюсь. Кровь шумит в ушах, я громко дышу. Колени подгибаются, и я падаю, сбивая их и ладони до крови.
С сегодняшнего дня я не люблю бег.
С сегодняшнего дня я не дружу с Ноной.
С сегодняшнего дня…
Проходит немало времени, прежде чем я делаю вдох полный грудью. Какой здесь воздух! Как свободно мне наконец-то дышится.
Переворачиваюсь на живот и ползу к обрыву. Часть Фрактала залита жёлтыми и оранжевыми лучами, а другая уже погрузилась в сумрак. Я бы любовалась видом, если бы не осознание, что придётся остаться здесь на всю ночь, если не соберусь с мыслями, не успокоюсь и не найду путь домой.
Падаю обратно на спину и закрываю глаза. Веки трепещут от солнечного света, лучи проникают в моё тело с осторожностью и любовью, вытягивают мои переживания через кожу, уносят в небо. Мне не нужно открывать глаза: я знаю, что капли чёрные.
Мысленно произношу молитву и полностью отрешаюсь от всего земного, только тихий гул где-то вдалеке напоминает о действительности.
Я купаюсь в солнечных лучах, но вдруг по коже пробегает дрожь. Она начинается от правого уха, а затем всё мое тело до костей пробирает холод. Свет, который ослеплял сквозь сомкнутые веки, исчезает. Последний луч сверкает и исчезает за горной вершиной. Так я думаю и потому не размыкаю век, но за доли мгновения надо мной сгущается темнота, а по ушам бьёт оглушающий рёв.
Я открываю глаза и вскакиваю. Разом выдыхаю весь воздух из лёгких. В горле застревает крик. Прямо надо мной в небе висит огромная медуза…
Успеваю увидеть только колокол, из-под которого во все стороны расходятся щупальца невероятных размеров. Медуза плывёт прямо по воздуху, а щупальца перемещаются быстро-быстро и блестят серебром.
Несколько секунд я не дышу, а потом срываюсь с места. Бегу обратно, в лес. Прежде он пугал меня, но теперь стал единственным спасением.
Петляю между деревьями, в сумраке, под корнями, выступающими над землей. Мечтаю затеряться среди них, исчезнуть с лица планеты, раствориться в воздухе. Кости вибрируют от рычания, издаваемого чудовищем. Медуза замедляет движение, но следует прямо за мной. Уже стемнело, а огни, какими сияют наши леса, здесь так и не зажглись, однако как на зло лес редкий, и я отчётливее, чем прежде, чувствую на себе чужой взгляд — совсем другой. Взгляд гигантской медузы, но мне некогда заглянуть ей в глаза.
Мне не убежать.
Не вижу — только догадываюсь, что вырываюсь хоть немного вперёд: гул раздаётся скорее позади, чем надо мной.
Послушная внутреннему голосу, оборачиваюсь и замечаю, что медуза приближается к земле. Она скрывается за верхушками деревьев, и я карабкаюсь по ветвям ближайшего ко мне дерева, хотя ещё некоторое время назад боялась даже прикоснуться к кроне.
Ветки царапают мои лицо и руки. Некоторые ломаются, и нога несколько раз зависает в воздухе, а я едва не падаю с дерева. Я чувствую боль, но не могу на неё отвлекаться, пока руки и ноги не становятся скользкими, а мимолётный взгляд, брошенный на ветви подо мной, улавливают фиолетовые следы.
Выше уже нельзя. Я прячусь среди хрустящей листвы и выглядываю из укрытия.
«Нельзя выходить за пределы Фрактала без особого разрешения, ведь там, как и в океане, можно повстречать корриганов».
Медуза оказывается почти полностью в вертикальном положении, из нескольких щупалец вниз устремляются потоки огня, внутри горячих струй видны светящиеся кольца.
«Корриганы не знают милосердия, не ведают пощады».
Миллионы крохотных огней загораются по телу медузы, окрашивают её в бледно-серый. По всему лесу ещё не до конца загубленные термитами и грибами растения затихают при виде могущественного создания.
«Если вы увидели хотя бы издали корригана, бегите прочь».
Моё сердце гулко стучит, я ощущаю пульсацию где-то в горле. Не могу издать ни единого звука. Руки и ноги исцарапаны ветвями. По коже бегут фиолетовые струйки. Но я не испытываю боли. Гул не стихает, но в ушах у меня вдруг наступает звенящая тишина. Не могу отвести взгляд от чудовища.
Что бы это ни было, оно медленно приближается к земле.
«Если вы не успели сбежать и встретились с корриганом лицом к лицу, то спасите того, кого можете. Но знайте: исход лишь один. Смерть».