Анабель не страдала мнительностью: после всего, что я поведал ей о своем прошлом, я бы на ее месте поостерегся полагаться на «исключительную порядочность» господина Белкина. Однако мисс Мэддок мне доверяла, и я не собирался злоупотреблять ее доверием.
Опыт общения с «бездушными» дублями у меня уже имелся. Покладистый старик Гвидо, прикрывавший мне спину при вторжении во дворец Фило, давал право надеяться, что поведение Кассандры тоже будет образцовым.
— Держись рядом и помалкивай, — приказал я ей перед тем, как выступить в дальнейший путь, и с удовлетворением отметил, что девушка безропотно подчиняется. Как и в случае с Гвидо, я не стал «за глаза» задавать Кассандре какие-либо вопросы об Анабель. Если я хотел выглядеть в глазах мисс Мэддок «исключительно порядочным», мне требовалось воздерживаться от подобных поступков.
Мы спустились с горной гряды, вернулись на тракт и зашагали в сторону фуэртэ Кабеса. Кассандра восприняла мое распоряжение буквально и следовала за мной как привязанная. Наверное, со стороны наша парочка походила на прогуливающуюся самурайскую семью — сцена, которая отложилась у меня в памяти после просмотра японского исторического фильма: муж, расправив плечи, важно вышагивает впереди, а жена семенит следом, потупив взор и не отходя ни на шаг. Мне почему-то казалось, что жители придорожных поселений начнут показывать в нас пальцами и смеяться — настолько забавно мы должны были выглядеть.
Однако уготованная нам первая же встреча с оседлыми вышла отнюдь не радостной. Улыбки и смех — вполне нормальная для оседлых реакция при встрече со скитальцами, — нас не ожидали. А тому, что ожидало, я поначалу не мог подобрать название. И что особенно неприятно: по дороге в фуэртэ Саградо в этой же деревеньке меня встречали пусть не радушно, но достаточно миролюбиво.
Вдобавок ко всему испортилась погода. За считаные минуты небо заволокло тучами, а дождь и ветер налетели с яростью прибойной волны. Неожиданный погодный каприз живо напомнил мне финал моей короткой экскурсии в Терра Олимпия. Сегодня, после заявлений Патрика Мэддока о сильно нарушенном Балансе, подобные выкрутасы симулайфа я рассматривал в порядке вещей. Процедив сквозь зубы «то ли еще будет», я снял плащ и укутал им зябко нахохлившуюся Кассандру, чья одежда была не предназначена для прогулок по такому дождю. Сам я поднял воротник камзола, закрепил ремешком шляпу, дабы не сдуло ветром, и ускорил шаг, намереваясь поскорее добраться до фермерского поселка, где можно было переждать непогоду.
То, что в поселке не все в порядке, я догадался, как только мы с девушкой вышли на единственную деревенскую улицу, уже порядком раскисшую от воды. Дождь лил как из ведра, и оседлым давно было пора сидеть по домам, однако на улице столпилось, похоже, все местное мужское население, от безусых юношей до стариков. Сборище напоминало бы поселковое собрание, если бы не два «но»: отсутствие оратора и подозрительно флегматичное поведение собравшихся. Три десятка человек в молчании перегородили дорогу, стоя к нам спинами, и, по всей видимости, ждали кого-то, кто должен был с минуты на минуту появиться в поселке со стороны фуэртэ Кабеса. Несмотря на обыденность сцены, выглядела она достаточно жутко: мокрые взъерошенные затылки неподвижных оседлых, струи дождя, стекающие у них по спинам, и… тишина. Только плеск капель в лужах и журчание воды, сбегающей с крыш в водостоки. Больше ничего: ни разговоров, ни хлюпанья ботинок по грязи. Аборигены стояли столбами и даже с ноги на ногу не переминались. Не так давно Гвидо обратил в подобных истуканов оседлых рекрутов у дворца Фило. Что вогнало в ступор жителей этой деревеньки, мне было невдомек.
Я остановился в нерешительности, не приближаясь к толпе, и придержал Кассандру, чтобы та находилась рядом. Что бы здесь ни происходило, нам следовало трижды подумать, прежде чем спрашивать разрешения пройти. Я смотрел на большую группу людей и не замечал ни одного устремленного на нас взгляда. Как отреагируют на наше появление эти живые мертвецы? И надо ли вообще дожидаться, пока они обратят на нас внимание? Не лучше ли сразу убраться отсюда подобру-поздорову?
Такой вариант понравился мне больше остальных. Обойти странную деревню околицей, а по прибытии в столицу сообщить о происшествии Гвидо — так я собрался поступить. Я поднес палец к губам, дав понять Кассандре, чтобы она держала рот на замке, после чего указал на проулок — путь нашего тихого отступления. Девушка без вопросов подчинилась, а я направился вслед за ней, стараясь поменьше чавкать ботинками по грязи.
И все бы у нас вышло удачно, не запутайся девушка в длинных полах великоватого для нее моего плаща и не плюхнись прямо в лужу. На фоне монотонного шума дождя всплеск воды мог бы остаться неуслышанным, но тут масла в огонь подлил я. Не выпуская из виду оседлых, я проворонил момент, когда Кассандра упала, запнулся за ее ноги и сам растянулся в грязной воде, подняв фонтан брызг и едва не придавив собой бедную спутницу.
